Нет, надо было ей еще и отца Алексея в эту ситуацию впутать! Стыдоба какая…
– …вот и что мне делать?! – закончила, громко высморкавшись. – Пропадут ведь!
– Тебе, сестра, челом поклоны бить, по сто штук каждый день до конца поста. А так – Господь управит. В остальном же… – отец Алексей хитро оглядел присутствующих и провел по усам ладонью. – План твой, сестра, неплох. На чем, говоришь, он застопорился?
– Машка к Ивану жалиться не пошла!
– Значит, Иван не в курсе происходящего? В этом загвоздка? Так расскажите.
Степаныч? Ты ж можешь, мол, так и так, Иван Сергеевич. Вот такая неприятная история вышла с моей учительницей и вашей невесткой. Что будем делать?
Тамара Сергеевна икнула. Перевела взгляд со святого отца на школьного директора, удивляясь тому, что сама до этого не додумалась. А ведь нетрудно было.
– Точно, Степаныч. Именно так и сделаем. Прямо сейчас…
– Да ты что, Тамар, ночь на дворе считай. Давай уж утра дождемся. А там, как ты мне прикажешь? В офис к нему прийти? Черте что получается! – выпалил Шевцов, но осознав, что при батюшке, наверное, не лучшая идея – поминать вслух рогатых, исправился: – Извините, отец Алексей.
Вырвалось.
Тот отмахнулся только.
Посидели еще, покумекали. Да так ничего и не решив, разошлись, сойдясь на том, что утро вечера мудренее. А потом и решать ничего не пришлось. Потому что на следующий день Покровский приехал в церковь. Только развиднелось… Вышел отец Алексей из своего домика и увидел его на скамье, что была повернута к старой отреставрированной не так давно колокольне.
Пригладил усы отец Алексей и двинулся к раннему гостю. Тот заслышал его шаги. Повернул голову в профиль.
– Утро доброе, Иван. Чего случилось?
Покровский мотнул головой. Упрямо уставился перед собой.
– Ничего. С чем бы я не мог справиться.
– Люди в такую рань сюда просто так не заглядывают, – усмехнулся отец Алексей. – Уж не связан ли твой приход с тем, что в деревне болтают?
Жесткие плечи Покровского одеревенели. И снова он скосил взгляд на святого отца.
Свел иссиня-чёрные брови. Говаривали, что у них в роду один цыган наследил. Может, и не врали. Было в нем что-то цыганское.
– Ты про что, отец Алексей?
– Говорят, Машеньку вашу попросили заявление на увольнение написать. Пока по статье не пришлось.
– По какой еще статье?
– За непотребное поведение, – бросил батюшка, ногой разгребая нападавшую за ночь листву. – Ты, значит, не в курсе?
– Не в курсе чего? – занервничал Покровский."
"– Видео Шевцову прислали.
