Тиффани не сомневалась, что будь Роуз здесь, она никогда бы не позволила дочери устроить этот маскарад. Тем не менее Тиффани нуждалась в разрешении матери, пусть даже задним числом. Ей даже не пришло в голову солгать Роуз, хотя и подумывала о том, чтобы опустить тот факт, что Закери рассчитывает, что она будет готовить еду. Но лишь потому, что ее мать оскорбилась бы за свою девочку.
К счастью, в ее единственном чемодане нашлись письменные принадлежности. Тиффани слишком устала, чтобы распаковывать вещи, но беглый осмотр содержимого показал, что она лишилась всех, кроме одного, вечерних платьев и всех ночных рубашек.
Последнее означало, что придется спать в сорочке и панталонах. Но у нее сохранилась шкатулка с драгоценностями, хотя вряд ли она в своем новом образе сможет носить дорогие украшения. Тиффани позволила себе усталую усмешку. Подумать только! Грабителям не достался самый ценный чемодан в этом поезде. Наверное, бандит, опустошивший большую часть багажного вагона, оставил самые тяжелые чемоданы напоследок, а потом у него уже не осталось времени.
При отсутствии письменного стола или хотя бы туалетного столика ей пришлось писать прямо на крышке ящичка для письменных принадлежностей, сидя на постели. Она начала:
«Дорогая мама!
Я так по тебе скучаю! Только что я слышала, как за моим окном завывает волк. А днем мне рассказали про гризли, который так сильно напугал одного молодого человека, что тот поседел. Дикие звери! Я начинаю узнавать на собственном опыте, что Монтана совсем не так цивилизованна, как ты говорила.
Я чувствую себя испуганной и чуждой этим местам, но знаю, что ты беспокоишься из за телеграммы, которую я прислала, поэтому позволь мне объяснить.
Все произошло совершенно случайно! Я стояла на платформе, так нервничая из за встречи с отцом, что чуть не осталась в поезде, и тут появились, ты не поверишь, два члена того самого семейства, куда ты хочешь выдать меня замуж.
Они приняли меня за экономку, которую нанял мой отец. Она ехала в моем поезде, но Запад привел ее в такой ужас, что она сделала то, что хотелось бы сделать и мне, — вернулась домой. А я нет. Я помню о своем обещании. Но возможность, которую предоставили мне Каллаханы, была слишком заманчивой, чтобы пренебречь ею. Представляешь, они наняли меня к себе экономкой! И даже не догадываются, кто я на самом деле. Только не смейся, пожалуйста.
