— Займитесь, пожалуйста, полом на первом этаже, — сказала она. — Вначале подметите, а потом вымойте. И мне нужен доброволец, который возьмется прочистить дымоход, что, пожалуй, труднее всего. — Эта просьба была встречена молчанием. — Есть желающие?
— Я могу, — вызвался жилистый худой мужчина. — Ма заставляла меня чистить трубы, еще когда я был вот такого росточка, так что я знаю, как это делается.
Он опустил ладонь на уровень колена, чтобы показать, какого был роста, что было явным преувеличением, но заставило остальных рассмеяться.
Даже Тиффани усмехнулась, прежде чем поручить трем оставшимся ковбоям вынести наружу мебель и отскрести с нее грязь, вручив одному из них баночку с воском для полировки.
Обеспечив ковбоев работой, Тиффани решила заняться кухней сама. Это выглядело логично, учитывая, что Каллаханы ожидали, что она будет там работать. Просто надо сосчитать до десяти, чтобы собраться с духом и взяться за грязную посуду.
— Вначале нужно наполнить раковину водой, — произнес за ее спиной низкий голос.
Тиффани резко обернулась, но Диган уже обошел ее, войдя в кухню. Она беспомощно наблюдала за ним, словно прикованная к месту. Он сказал, что поможет, но почему то она не думала, что он имеет в виду настоящую помощь. Вот почему не осмелилась дать ему поручение. Кроме того, он уже помог ей, побудив работников взяться за уборку.
Диган воспользовался насосом, чтобы наполнить раковину, а затем бросил в воду горсть мыльной стружки из коробки, стоявшей на подоконнике.
— Посуду легче мыть, если дать немного отмокнуть в мыльной воде.
Тиффани не ответила, уставившись на гору грязных тарелок, высившуюся на рабочем столе посредине комнаты. При мысли, что придется дотронуться до них, она содрогнулась. Хотя у нее была дюжина вопросов, она не могла набраться храбрости, чтобы заговорить со своим добровольным помощником. Ее воображение рисовало картины, как он грабит поезда, почтовые кареты и даже банки. Неужели бандиты могут быть такими разносторонними?
Диган, сняв пиджак, повесил его на крючок у двери и закатал рукава рубашки.
С широкими плечами, мускулистыми руками и револьвером на боку, он казался в кухне совершенно неуместным. Взявшись за тарелки, он начал соскребать остатки еды в большую кастрюлю и погружать их, одну за другой, в мыльную воду. Это обыденное занятие сделало его чуть менее устрашающим и развязало Тиффани язык.
— Мистер Диган…
— Вообще то Диган Грант.
— Мистер Грант…
— Диган, если не возражаете.
