— И имейте в виду, это не город. Мы здесь обходимся без формальностей, и вам придется привыкнуть к этому.
Без формальностей! Это еще мягко сказано. Но Тиффани не могла не признать, что в его словах есть смысл. Она не просто притворяется другим человеком, она взялась за роль служанки. Придется приспособиться к Каллаханам и поступать, как они желают, а не наоборот. По крайней мере когда они настаивают, как, например, Хантер, с его раздражающими прозвищами.
Когда они свернули за дом, открылся вид на хозяйственные постройки: конюшню, загоны, курятник, барак для работников, куда они направлялись, и огород, который развел и перед отъездом обнес изгородью Старый Эд.
Там были и другие строения: кладовые, сараи, даже прачечная, перед которой висело постельное белье и мужская одежда. Здесь было все, что требовалось для жизни небольшого сообщества, и Тиффани предположила, что ранчо ее отца выглядит так же.
— Сколько ковбоев свободны от работы? — спросила она, надеясь на небольшую армию для своих нужд.
— Семеро только что вернулись с пастбища.
Остальные трое останутся со стадом на ночь.
Тиффани ожидала, что намного больше.
— Неужели этого достаточно, что пасти такое стадо, как у вас?
— Более чем достаточно, учитывая, что мы с братьями тоже работаем."
"— Разве работа ковбоев заканчивается так рано?
— Мы рано начинаем. А теперь вы готовы к разочарованию? — с усмешкой поинтересовался он.
Тиффани скрипнула зубами. Его юмор начал действовать на нервы.
— Вы сказали, что будет забавно, — заметила она, когда они подошли к двери барака.
— Видимо, это означает, что вы не верите в успех моей миссии?
— Конечно, нет.
— Вам нравится жить в свинарнике?
— Не преувеличивайте. Мы работаем снаружи. Как тут в дождливый день не натаскать немного грязи в дом?
Тем не менее одно его слово исправило бы ситуацию еще до захода солнца. В конце концов, он старший сын хозяина. Ковбои могут роптать, но сделают, что он прикажет. Если ей удастся переубедить Хантера…
— Дело не только в этом… — начала Тиффани.
Но у нее не оказалось возможности прояснить свою позицию.
Хантер открыл дверь, втащил ее внутрь и сказал, обращаясь ко всем присутствующим:
— Внимание, парни. Эта леди хочет вам что то сказать.
Судя по усмешке, кривившей его губы, с таким же успехом он мог бы добавить: «Только не смейтесь слишком громко». Но ковбои не смеялись. Некоторые лежали на своих койках, другие играли в карты в задней части длинного помещения, третьи наполняли тарелки из котелка, висевшего над очагом.
