Тиффани чуть не рассмеялась. Она даже немного расслабилась, догадываясь, что это входило в намерения Хантера, и молча поблагодарила его за это. Но спустя минут десять снова стала беспокойно ворочаться. Впрочем, старалась делать это тише, сообразив, что не дает спать и ему.
Это была неудачная идея. Если бы Тиффани знала, как оседлать лошадь, она поскакала бы на ранчо одна, несмотря на дождь. А так придется смириться с мыслью, что она не сомкнет глаз, находясь в такой близости от Хантера.
И тут до нее донеслось тихое похрапывание.
Открыв глаза, Тиффани обнаружила, что лежит к Хантеру лицом. Это была большая ошибка. Ее глаза были закрыты так долго, что теперь тусклый свет фонаря казался даже слишком ярким, и она могла отчетливо видеть Хантера. В сущности, это был первый случай, когда она могла смотреть на него, не опасаясь, что он заметит, и не испытывая смущения. Это была возможность, которую она не могла упустить.
Он снова лежал на спине, подложив под голову руку. Рубашка была наполовину расстегнута.
А тело казалось таким длинным! И к тому же твердым, с рельефными мускулами. Тиффани хотелось коснуться его, тем более что он предоставил ей оправдание, разрешив прижаться, если замерзнет. Но она не осмелилась, вспомнив, что произошло, когда в ту ночь, на кухне, она сидела у Хантера на коленях. Она всерьез опасалась, что если придвинется к нему ближе и начнет исследовать его мускулы, то не сможет остановиться. А если он проснется… Смутившись, Тиффани поспешила отогнать эту мысль, но ее снова бросило в жар, а дыхание участилось.
Она по прежнему не могла отвести от него глаз. Она даже бросила взгляд туда, куда не осмеливалась смотреть раньше, на выпуклость между его бедрами. Она знала, что это такое. Мать подробно объяснила ей, что происходит в брачной постели, даже описала мужское тело и изменения, которые оно претерпевает в этой постели. У Хантера это выглядело слишком большим. Должно быть, ему неудобно. И тут ее глаза удивленно распахнулись. Неужели оно шевельнулось?
Спустя несколько мгновений она осознала, что он больше не похрапывает.
Вскинув взгляд, Тиффани обнаружила, что его глаза открыты и устремлены на нее.
— Вы не спите? — прошептала она.
Он застонал, прежде чем признаться.
— Я притворялся, чтобы вы расслабились. Почему вы не спите?
Тиффани не ответила. Она сама не знает! Просто слишком взвинчена от ощущений, вызванных его близостью, а он ничего не делает, чтобы она почувствовала себя иначе.
