Хантер протянул руки:
— Я отнесу его в свинарник. Уверен, вам есть чем заняться на кухне, вы ведь будете накрывать на стол.
Тиффани кивнула, вручив ему крохотное животное. Она уже вошла внутрь, когда услышала голос Закери:
— Что, к дьяволу, он здесь делает? Джейксу надо быть повнимательнее со своим ходячим обедом.
— Это не обед! И никогда не будет обедом! — крикнула она, двинувшись дальше по коридору.
— Я правильно расслышал? Она что?..
Остального Тиффани не слышала, потому что Хантер расхохотался, заглушив слова отца.
Глава 37
Хантер проводил глазами Дженнифер, когда она двинулась по коридору, покачивая бедрами, с медными волосами, перехваченными сзади лентой, такими густыми, что они закрывали всю ее спину, ниспадая до талии. Нетрудно было представить, как сверкают ее изумрудные глаза, свидетельствуя о готовности бороться за поросенка. Хантер покачал головой, продолжая усмехаться, даже когда она исчезла на кухне.
Он рассмеялся, прочитав записку, которую она оставила на жаровне.
Ей даже не нужно находиться рядом, чтобы заставить его смеяться…
— Прекрати. Сейчас же!
Повернувшись к отцу, Хантер обнаружил, что Закери выпрямился на своем стуле, свирепо глядя на него. Хантер проследовал в конец веранды и с поросенком под мышкой присел на перила, болтая одной ногой.
— Что прекратить?
— Бросать на нее такие взгляды.
Хантер пожал плечами, ничуть не смущенный. Он не собирался раскаиваться в том, что было не в его власти.
— Не могу.
— Отлично можешь, черт бы тебя побрал.
Хантер хмыкнул.
— Похоже, ты забыл, как это бывает в молодости.
— Я не так уж стар, — проворчал Закери. — И это совсем не смешно."
"— А вот тут ты ошибаешься, па. Я никогда столько не смеялся в своей жизни, как с тех пор, как здесь появилась Дженни. У меня такое ощущение, словно с ее появлением в дом вошла радость. Все связанное с ней заставляет меня смеяться.
— Проклятие, Хантер, ты должен подавить это в зародыше. По твоему, я не понимаю, куда это ведет?
Хантер спустил ноги на пол веранды.
— А что, если и так?
— У нее уже есть жених, а к тебе через всю страну едет невеста.
— Тебе известно, как я отношусь к этому, па.
— Да, известно. И мне это нравится не больше, чем тебе. Но Роуз Уоррен уговорила меня согласиться на ее предложение, точнее, это сделала твоя ма, приняв сторону Роуз. Теперь это дело чести.
Сколько раз он слышал это? Но никому здесь не предстояло стать жертвенным бараном, только ему.
