– О! Точно! Спасибо, – поблагодарила Валентина. – По словам Оли, невестка свекрови не нравилась совсем, но, думаю, ей вообще никто, на ком бы Никита ни женился, не пришелся бы по нраву. Да приди в дом богатая, покорная, немая принцесса, и в ней матушка изъян нашла бы. Наши отношения с сестрой напоминали спазм желудка. Когда у Ольги душа не болела, а это могло длиться годами, я ей была не нужна. А как ее схватит, она ко мне с рассказом. Историю с Леоновым мне сообщили в деталях. В том, что в семье появился ребенок с тяжелой генетической болезнью, Елизавета винила Светлану, так звали супругу ее сына.
Бедный Никита очутился меж трех огней: мать – жена – любовница. Все были недовольны, каждая готова Леонова сожрать. Ну, он и послал к чертям Ольгу. Та рыдала, билась в истерике, хотела поехать к Елизавете, к Светлане, сообщить им правду про измену Никиты. А потом Оля встретила другого мужчину и успокоилась. Когда Никита попросил ее сделать куклу – копию своей дочери, Оля согласилась, потому что у них на тот момент возникла дружба.
Мне о заказе она рассказала, когда увидела в прессе фото гроба со стеклянной крышкой. Все присутствующие на похоронах не сомневались, что видят бедную дочку Никиты, которая умерла от тяжелой болезни. Но Оля-то мигом сообразила, что в роскошном саркофаге ее кукла. Я долго не знала, что сестра пьет. Мы редко виделись, да и по телефону нечасто общались, но когда пересекались, Ольга всегда выглядела нормально. Помнится, я спросила у нее: «У тебя отеки на лице, к урологу ходила?» Она ответила: «Пока нет, но надо».
Потом я упала на улице, испачкалась, это случилось у дома Оли. Без предупреждения пришла к ней и узнала, что у четырехкомнатных апартаментов появился новый хозяин. Сестра поселилась в мастерской… Я помчалась туда. Пейзаж в ее жилье вы видели. Ну, и все мне понятно стало. Когда она с водкой подружилась? Не знаю. Вчера сестра, как обычно, хлебнула горячительного и угодила под машину.
Глава девятнадцатая
– Нефедова, случайно, не говорила, зачем Леонову понадобилась кукла и где сейчас девочка? – спросила я.
Валентина вытащила из держателя салфетку.
– Ребенок умер от генетического заболевания, оно сильно изуродовало внешность малышки. Хоронить девочку в закрытом гробу – значит спровоцировать множество слухов. Заработают языки, выдумают разные истории. А в открытый гроб покойницу класть нельзя, ее личико ни один гример не сделает приятным. Леонов объяснил Оле:
– Крышку гроба я заказал стеклянную, слегка тонированную.
