Что ты переживаешь?
— Все не могу понять, за что мне боги послали такое чудо, как ты. Чем я заслужил твою любовь?
— Зачем же её заслуживать? — я уперлась затылком в его плечо. — Любовь вообще неподвластна здравому смыслу. Взять хотя бы Берси. Мог бы оторваться от своего отчима, встретить женщину и зажить счастливо, но нет. Повинуясь своей больной прихоти, он искал меня. Больное чувство. Желание отобрать у другого то, что, по сути, тебе не нужно.
— Нашла о ком вспоминать на сон грядущий. Кажется, ты уже достаточно чистая.
Сполоснем волосы и можно на свежий матрас, — прошептал муж. — А на том матрасе...
— Неужто мы, наконец, выспимся, — столь же волнительно прошептала я.
— И это тоже, — хохотнул он и, отстранившись, потянулся за ковшом для воды.
Окончательно стемнело. В воздухе витал запах костров и жареного мяса. Он проникал внутрь стен замка через щели и заполнял пространство. Снизу с внутреннего двора доносился шум. Обрывки разговоров, свист, грохот телег, ржание лошадей, ругань женщин.
— Мне кажется, наши строят ваших, — усмехнулась, удобно устроившись на груди своего дракона.
От него приятно пахло мылом, а на коже ещё оставались мелкие капельки воды. — Ты плохо обтерся тканью, Ярвен.
Я поймала пальцем стекающую капельку и стерла ее.
— Просто не надо было так соблазнительно лежать на этом матрасе в ожидании меня, — голос мужа звучал так устало. — Я об этом столько дней мечтал.
— Чтобы оказаться в одной постели?
Приподняв голову, я поставила подбородок на могучее мужское плечо.
— Да какая это постель? — он покачал головой. — Но да. Хотел тебя сжать в объятьях и, наконец, расслабиться. Это такая роскошь — лежать и ни о чем не думать.
— Тебе нужно поспать, мой дракон. А потом…
— О ""потом"" подробнее, Астрид. Дай пищу моему воображению, — его пальцы заскользили вдоль моего позвоночника.
И снова женская брань на улице. Кажется, кто-то кого-то учил разделывать и нанизывать на металлические штыри мясо. В ответ послышалось мужское бубнение.
— Хм, — моё лицо сделалось предельно довольным.
— Ну точно: наши строят ваших, — повторила и, не сдержав зевок, прикрыла рот рукой.
— Да пусть строят. Мои драконы простят жрицам всё. Столько свободных красивых женщин всех возрастов. Сильных, храбрых. А у меня так много холостых молодцов, молчу уж про оборотней. Так что пока те ругаются, мои их проверяют на предмет истинности со всех сторон.
— Какие же вы, ящеры, все же продуманные! — фыркнула я.
— А ты как хотела? Нас жизнь научила.
