Он не выпускал более пламя — в толпе смешались и свои, и чужие. Женщины голосили и яростно кидались на красноглазых. Те, подобно мне, не могли сообразить, кто же нападает.
Бабы?! Я видела, как некоторые перевертыши так и падали мёртвыми на землю, не успев убрать эту высокомерную самодовольную улыбку с лица.
Хрут теснил меня к стене, отражая атаки. В небе кружились снежинки, опускаясь на моё мокрое лицо. А я стояла и смотрела на полет дракона. И плакала. Рыдала навзрыд, дав волю чувствам. Выпустив страх наружу.
Смерть прошла мимо! Ярвен яростно рычал и камнем падал на врагов, поднимал их в воздух и разрывал.
Заскрипели петли старых замковых ворот. Жрицы добрались и до них, перебив охранников. Через небольшую щель во внутренний двор лавиной ринулись оборотни.
Племя горных львов.
А через высокие стены перелетали огромные ящеры.
Крики, стоны, рычание. Дым от кострищ. Пепел и искры поленьев, на них падали тела и еще живые...
Словно в нереальности я наблюдала, как красноглазые прорывались к замку, пытаясь укрыться в нем.
В ярости они оборачивались и, теряя разум, метались по большому крыльцу, не в силах просто распахнуть дверь.
Хрут снова потянул меня назад, но я вырывалась.
— Астрид, ты не в себе, — раздалось тихое над моим ухом. — Нужно укрыться! Мы стоим посредине бойни.
— Прячься, Хрут! — Я словно отмерла и ринулась вперёд, схватив меч, упавший у лежащего со стеклянным взглядом мага, понеслась к мужу.
— Куда? — кричал мне в спину то ли пленитель, то ли охранник.
Но отвечать не стала.
Понятно куда. У меня словно крылья за спиной выросли. Перед глазами стояла картина, показанная мне Комиром. Мужчина, стоящий ко мне спиной.
Ярвен... Мой Ярвен...
И силы откуда-то взялись и вера, что всё будет хорошо. Страх притупился... Появилось ощущение собственной неуязвимости."
"От собственных мыслей отвлек яростный женский рык. Повернув голову, быстро нашла его источник. Издав боевой клич и размахнувшись, я нанесла удар по шее красноглазого, теснившего к кустарнику жриц.
Улыбнувшись мне, они тут же исчезли в этой суматохе.
— Астрид! — раздалось громкое за спиной.
Обернувшись, мгновенно получила удар в лицо. Выбив из моей руки меч, непонятно откуда взявшийся Берси схватил меня за горло и сжал.
— Я тебя ему не отдам! — В его абсолютно красных, залитых кровью глазах горело бешенство. — Ты станешь моей. Только моей!!!
— Нет, — прохрипела, улыбаясь, — я его и только его! И никогда, слышишь, жирный тупой боров, никогда твоей не буду.
