Я отвернулась и сделала вид, что вообще никого не слушаю. Разговор становился все интереснее. У этих вояк языки явно были длинны. И кто сказал, что женщины самые большие сплетницы?
— Да, нет, — мужские голоса сделались тише, — не отдаст он ее. Браслет видал? Его она.
— А чего тогда одна она в палатке? — не унимался картавый.
— Не одна! — возразил ему чернявый. — Видал я, как ночью генерал заходил туда. Просто дает ей время свыкнуться. Все же не простая девка, а лера.
— Да какая лера?! Послушница обычная, каких тьма по дороге бродит.
Говорю, сбагрит он ее.
— Ты присмотрись, — вставил свое слово блондин. — Волосы, что золото. Грациозная. Красавица. Лера как есть! Таких ни одной дорогой не испортишь. А он рожей-то страшен. Характер тоже не мягок. Вот и выжидает, пока она с мыслью свыкнется, что другого у нее не будет...
Ксани тихонько пихнула меня в бок локтем. Я обернулась на нее. Лисица тоже сидела, навострив уши, и тихо веселилась за мой счет. Фыркнув на нее, скривилась. Оказывается, это очень неприятно становиться предметом обсуждений.
— Куда это они собрались? — шепнула она мне одними губами. — Тагар ничего не говорил о том, что мы сниматься с места будем.
— Со мной и вовсе не разговаривают, — я неопределенно пожала плечами. — Ярвен все больше кругами ходит.
Мы снова замолчали.
Музыкант неспешно перебирал струны лютни.
На лагерь спустились первые сумерки.
Повар давно ушел. Его ждали чищеные овощи и рубленая оленина, которую сегодня принесли охотники. Ужин обещал быть не только сытным, но и очень вкусным.
Во всяком случае, запахи, которые долетали до нас со стороны полевой кухни, будоражили аппетит и заставляли сглатывать слюнки.
Но это мы с Ксани водили носами, а мужчины все болтали без умолку. Я потеряла нить их трепа, пока в какой-то момент разговор снова не перекинулся на нас.
— А, правда, что послушницы Яники мастерски владеют мечом не только в бою? — ненавязчиво так обратился к нам светловолосый дракон.
— Возможно, — не определенно ответила, не совсем понимая, к чему он клонит.
— И танцевать умеете? — зашел с другой стороны черноволосый паренек, отложив ножны в сторону.
— Возможно, — снова не клюнула я на провокацию.
— И прямо с мечами? — он подался вперед и улыбнулся так широко и открыто, что белые зубы стали видны.
— Что с мечами? — Ксани приподняла бровь. — Мы много чего с мечами делать умеем.
Лютня стихла. На нас разом посмотрели все.
— Говорят, что послушницы Яники искусно владеют мечом в танце, — блондин приподнял бровь.
