— Ну так-то он прав, — грубовато выдала я. — От нас действительно не ромашками несет. Зачем вещь портить, лиса?! Это глупо!
— Чтобы ему надоело! — вспылила она и, выхватив из моих рук, откинула тунику в сторону. — Чтобы замучился и отступился. Что думаешь, не соображаю, какая это дурость?! Да и... вымыться правда хочется. Но я не хочу ничего принимать от него! Не хочу!
— Не дури, и не будь твердолобой! — моему возмущению не было предела. — Ксани, люди меняются и оборотни, я думаю, тоже. Ты же ему и шанса не даешь!
— У меня был другой.
..
— У меня тоже! — резко перебила я ее. — Твой хоть умер, а мой неясно. Дается мне, просто забыл! Хотя он и не обещал ничего. Сама влюбилась, сердце отдала и обманулась. Ты любила и это прекрасно, но мертвые не возвращаются, Ксани. Их нужно отпускать и идти дальше. Дай шанс живому!
— Он лев!
— А я лера! — я больше не пыталась говорить тихо. — Чистокровная магичка! Отпрыск богатого рода. Тебе рассказать, что творят лерды и члены их семей? Неужто не слышала. Не видела? Сожжённые магическим пламенем деревни.
Сирот. Изувеченных людей. Да что говорить, сама все знаешь. Думаешь, просто так жрицы особо обо мне не болтали? Да, чтобы мне какая-нибудь несчастная мать или сирота глотку ночью не перерезала только за то, какая кровь в моих жилах течет. Что ты на него все грехи его племени вешаешь? Сама же говорила, что твой отец творил, так значит и ты такая же, как и он.
— Нет! — рявкнула она.
— Вот и весь ответ, — я упрямо выставила вперед подбородок.
По глазам ее видела — растерялась.
Гордость там не дает мыслить здраво. Ненависть правит в душе.
— Я не верю ему, Астрид, — тише выдохнула она. — Не верю ни единому слову.
— А вот это уже другой разговор. «Не верю» не равно «он подонок», и все тут. Я что-то тоже особо пока уши не распускаю. Подсказали мне кое-какую мысль. Как насчет того, чтобы самим пошпионить за военачальниками? Все разнюхать, разведать. Тут подслушать, там услышать. Глядишь, и докопаемся до правды.
— Зачем оно мне? — она резко стушевалась.
А уверенности-то там особо и нет. Боится лиса.
— Что силы духа не хватит правду узнать? — подначила я ее. — А я ночью тогда на поляне не спала. Видела, как он тебя спать рядом с собой укладывал. Двуличен лев, не такой уж и грозный он кот. Но ты ведь сама это знаешь. Нежен, поди, когда полог этой палатки опускается?!"
"— Хватит, Астрид, ты бьешь по больному, — обняв себя руками, она поднялась. — Я знаю, какой он. Знаю, кто он.
— Да ничего мы не знаем, Ксани.
