— А как должны выглядеть женщины, находящиеся на грани развода? — интересуюсь, снимая очки и вглядываясь в его глаза прямым, уверенным взглядом.
На самом деле интересно.
Похоже, все мужчины верят в превосходство своего пола. Занятно.
Только что, поговорив с Максом, я поняла: он ждет, когда я сломаюсь. Отчаюсь барахтаться в одиночестве в этом ужасном холодном мире. Не потому, что слабая, дело в другом. Для меня наша связь бесценной была. Макс был для меня всем — и любимым мужчиной, и лучшим другом, опорой, защитой… Перечислять до бесконечности можно.
— Ну как же… — Павел, судя по всему, не ожидая от меня напора, немного теряется. Качает головой, будто бы пораженно. После чего — усмехается. — Ладно, Жень, подловила меня. Был не прав. Но, смею заверить тебя, не все так стойко держат удар.
Просто не всех с детства учили держать удар в любой ситуации. Внешняя броня мало что значит и совершенно не спасает от слез, когда ты в одиночестве лежишь без сна в холодной постели, а прошлое душит…
— Буду считать это комплиментом.
— Однозначно. Но на суде, если планируешь присутствовать, я бы посоветовал пустить слезу. Особенно если судьей женщина будет, — улыбается так лукаво, что даже неясно — шутит или говорит серьезно.
— Я подумаю над твоим предложением… — осекаюсь, заметив папку, лежащую на краю стола. Интуиция заставляет меня её опасаться.
Павел верно считывает перемену в моем настроении.
— Перед тем как перейти к главному, я обрисую ситуацию, связанную с Андреем.
Киваю.
Я бы поспорила на тему того, что именно главное. Черт с ним — с разводом! На фоне того, что сына могли посадить — всё остальное меркнет.
— Анна забрала заявление. Пока девушка в больнице валяется, личико свое корректирует, но, если ты хочешь, мы можем надавить на ментов. За заведомо ложное обвинение статья предусмотрена, уголовная. Полиция у нас не любит с ней возиться, но когда необходимо…"
"— Я поинтересуюсь у сына, — произношу через силу. Мне бы, конечно, хотелось закрыть её и больше не вспоминать, однако решать в этом случае должна не я.
— Тогда переходим к самому интересному? — во взгляде моего собеседника мелькает сомнение, и я напрягаюсь. — Жень, без обид, но сейчас я задам единственный вопрос. Ответь на него честно, и тогда я продолжу. Это важно. Ты уверена, что пойдешь до конца и не передумаешь разводиться?
Глаза сами собой распахиваются. Не выходит скрыть удивления.
— Ты меня, если честно, пугаешь, — произношу настороженно.
