И папа уезжал, — на глаза наворачиваются слезы, но пока что удается с ними справляться. — Ты не представляешь, какой счастливой я была в те моменты. Казалась себе жутко самостоятельной и взрослой. Это было настоящим путешествием.
Стоя у меня за спиной, Влад опускает ладони на мои плечи и легонько их сдавливает в знак поддержки.
— Я думал, в том возрасте ты уже была золотой девочкой и постоянно находилась под присмотром охраны.
Я смеюсь.
— О, так оно и было. Лет в тринадцать я узнала, что каждый раз за мной следовали проинструктированные помощники отца.
Они близко не подходили, отчего складывалась иллюзия свободы. Приятная, хоть и ложная.
— Жень, я уверен, он тебя очень любил, — серьезно заявляет.
— Да, я в этом уверена.
В какой-то момент я спохватываюсь. Час уже поздний, а я, как самая нерадивая хозяйка, держу гостя на улице, да ещё и некормленым.
Вскинув голову, ловлю его взгляд.
— Останешься сегодня?
Влад шумно, будто бы с облегчением, выдыхает.
— А я думал, уже и не спросишь.
Эпилог
Эпилог
Эпилог.
Часть 1
Эпилог. Часть 1
Несколько месяцев спустя…
Я так долго и упорно отмахивалась от всех советов Аллы относительно своего отдыха и полной перезагрузки, что теперь даже смешно.
Когда в Москве стало находиться абсолютно невыносимо, мне самой захотелось забраться подальше и никому на глаза не показываться.
Соло-йога-ретрит, кому расскажи — не поверят.
Оказалось, именно глубокого погружения в себя мне и не хватало. Обдумать случившееся, принять и отпустить.
Спустя несколько месяцев пребывания в клинике, у моей мамы, вернее, мачехи, остановилось сердце.
Теперь можно только гадать, в чем кроется истинная причина скоропостижной смерти. Угрызения совести? Страх перед возможным наказанием? Или что-то ещё, о чем я не знаю…
Мы с ней так и не поговорили — она не захотела идти на контакт, и это стало последней каплей.
Всё понимать и смочь справиться — совершенно разные вещи.
Мне пришлось забраться в один из самых потаенных уголочков Алтая, чтобы осознать очевидное. Хочу я того или нет, нас всегда будет связывать как минимум мое счастливое детство.
Нежные объятья, сказки на ночь, совместные прогулки, заканчивающиеся поеданием мороженого… Мне есть что вспомнить. В конце концов, мой отец был счастлив с этой женщиной, а это дано не всем.
Разве этого недостаточно?
Лежа на полу в позе трупа — расслабленно и неподвижно, с разведенными ногами и руками, я отключаю все мысли и проваливаюсь куда-то глубоко в собственные глубинные ландшафты.
