Переворачиваю ее с невероятным усилием, чтобы высвободить ткань из под грузного тела, передвигая ее ближе к воде.
Перебарывая отвращение, кутаюсь в изодранную одежду старухи, чувствуя на своем теле липкую кровь, пропитавшую плотную шерстяную ткань."
"— Я просила ее, я умоляла, — шепчу я, стараясь не глядеть на лежащую старуху, в темноте похожую на огромного кита, выброшенного на берег.
Меня трясет всем телом, одновременно от холода, страха и кромешного ужаса, который я испытала. Кажется, то, что я еще жива — это настоящее чудо.
И если бы не труп старухи в паре метров от меня, я бы может быть даже улыбнулась своей удаче.
Я сижу на берегу не в силах шевельнуться, и смотрю на черные волны, накатывающие на каменистый берег. Они достают до трупа Плантины, словно пробуя его на язык, осторожно, пока еще неуверенно, нерешаясь пока приблизиться и утащить ее.
Согреваясь собственным теплом, и теплом волка, который теперь прижимается ко мне, я со странной отрешенностью жду, когда придет кто-нибудь еще, искать выживших.
Сжимаю в руке острый стилет и обещаю себе, что моя рука не дрогнет, если будет нужно. Я уже видела смерть, и я не хочу чтобы я, или Клем, оказались на месте плантины, голова которой, при каждом следующем наплыве волн, оказывается все глубже и глубже в воде. Еще немного, и море сможет утащить ее с собой. Ведь этого же она хотела?
Спустя, наверное, полчаса, мой взгляд вдруг цепляется за судно, плывущее со стороны монастыря. Сам монастырь теперь от нас метрах в двухста, так далеко нас с КЛем забросило течением.
Я смотрю на кажущиеся отсюда крошечными весла, которые словно маленькие лапки водомерки, перебирают туда сюда, превозмогая немилосердное течение и волны.
Я вижу, как они вылавливают из воды одну из утопленниц. До меня доносятся едва слышные крики.
Кажущееся отсюда крошечным бездыханное тело утопленницы затаскивают в лодку и снова начинают работать весла.
Отползаю поближе к камням, которые будут лучше скрывать меня.
Ведь если я вижу лодку, то и те, кто на ней вполне могут увидеть меня на берегу.
С ужасом смотрю, как они ловко вылавливают одно тело за другим, втаскивая их внутрь, словно это не люди, а какая-нибудь рыба. Ведь я могла оказаться на их месте, и Клем тоже. Скольких они уже выловили? Неужели все девушки до одной утонули? Неужели никто не доплыл до маяка?
А был ли вообще этот маяк? Теперь я уже почти уверена, что нет.
