— А что если родится девочка? Что если у меня будет сестренка? — спрашивает Лили и ее глазки загораются от этой новой мысли.
— Нет, это невозможно, — улыбается Ивар, — в нашем роду два раза подряд девочки не рождаются.
Он отпускает дочь и поправляет складки на комзоле.
— Беги, поиграй, — говорит он и с улыбкой глядит, как она, словно птичка, беззаботно вылетает из столовой, перебирая маленькими ножками.
Муж приближается ко мне и нежно взяв мое лицо в свои руки целует меня.
— Я с нетерпением жду нашего сына, Элис, — шепчет он мне на ухо, — время подходит.
— Но что если?…
— Никаких если, Элис, ты родишь мне сына, — отрезает он голосом, не терпящим возражений.
Он садится на корточки и снова касается моего живота, теперь уже двумя руками.
— Я назову тебя Торвальд, — говорит он, — мы все ждем тебя, сын.
Несмотря на его улыбку и ласковый взгляд, я успеваю заметить как его властное лицо на мгновение мрачнеет. Это длится всего какую-то секунду, но ее хватает, чтобы сердце мое болезненно сжалось.
Он прав, конечно же это будет мальчик. Безусловно. Иначе и быть не может.
Но даже если девочка… Я уверена, что он будет счастлив в любом случае… Ведь он же любит меня, любит дочку. Ведь иначе и быть не может.
* * *Настоящее время
Почему он так жесток теперь? Почему все они вдруг против меня? Ведь это же мои слуги, я давно знаю каждого из них. Почему они так безразличны ко мне теперь? Разве я не была добра к ним? Разве не заботилась об их семьях?
— Смотрите, чтобы она не вырвалась, приказания князя нужно выполнить как можно скорее, — сухим безжизненным голосом говорит Даррен, надевает очки и протирает тем же белым платком свою лысину, покрытую потом.
Его крупные черты лица, которые всегда казались мне милыми и забавными, теперь видятся зловещими, я не могу поверить, что этот добрый с виду человек, каким я всегда его считала, может быть таким сухим и безжалостным.
Слуги укладывают меня на кровать, и прижимают мои руки и ноги, чтобы я не могла шевельнуться.
— Пожалуйста! Скажите, что это неправда! Он не мог сказать это всерьез!
Распорядитель смущенно прячет глаза.
— Приказ был отдан ясно и четко, госпожа. Я должен выполнять приказы князя, это все, что я могу сказать вам. Если вы будете сопротивляться, вы лишь навредите себе, не более того. А я бы этого не хотел, помня вашу доброту ко мне.
