— Вы считаете, я не способен совершить добрый поступок? Не гожусь в альтруисты?
Совершенно необязательно было отвечать на мой прямой вопрос колкостями. Но мой рефлекторный порыв огрызнуться в ответ мгновенно угас. Потому что это же очевидно: за его колкостью скрывалось нежелание говорить правду.
Вот бы ещё понять природу этой правды.
— Александр, я вас не знаю. Это я вам, кажется, совершенно недавно уже говорила. Я понятия не имею, какой вы человек и на что вы способны. Надеюсь, этим я вас не обидела. Мы же с вами почти совершенные незнакомцы.
Правда, всё-таки с большой скидкой на то, как по-рыцарски он повёл себя в кабинете Егора…
Муратов нахмурился, но не пытался мне возражать. Да и что можно возразить на очевидное. Я ведь ни на кого вину за сложившееся положение вещей не возлагала. Так вышло. Так получилось. Никто не виноват.
— Как же тогда вы мне доверились? Вчера, в кабинете Егора.
Я закусила губу, не готовая признавать, что до последнего умирала от страха и подозрения, что он меня сдаст.
— У меня не было выбора. Вы меня на горячем поймали.
И я не лукавила. Именно так всё и было.
— Предлагаю вам повторить этот опыт.
— Что, простите?..
— Предлагаю вам повторить, — с усмешкой повторил он. — Просто довериться.
Это он про переезд. Увиливает от ответа!
Мол, пожалуйста, Нина, оставь свои неудобные расспросы при себе и просто прими предложение.
Но он действительно меня не знал, если посчитал, что я после всего произошедшего так просто сунусь с головой в тёмный омут."
"— Раз уж мы с вами о вчерашнем заговорили, — я посмотрела ему прямо в глаза, — то хоть на этот вопрос мне ответьте.
Зачем вы Лёшке этого робота подарили? Я за него в жизни не расплачусь.
На синий взгляд набежала тень.
— Это подарок, — сумрачно напомнил Муратов. — За подарки не платят.
И мне почему-то вдруг сделалось стыдно за такую оплошность. Я опустила глаза.
— Вы понимаете, о чём я говорю. Это не плюшевую игрушку подарить. Вы с Лёшкой такие же незнакомцы, как и со мной. Если не больше.
— Ошибаетесь, — ошарашил меня ответом Муратов, вынуждая снова поднять на него взгляд.
— То есть как это?..
— Мы с ним очень даже знакомы, — уголок волевого рта приподнялся в подобии улыбки. — Племянник вчера чаем меня угощал. С конфетами.
Я уставилась на Муратова, приоткрыв рот от изумления.
— И-извините?..
Это же шутка такая?.. Или как его слова понимать?
Муратов пожал плечами, будто он ничего такого в своих словах и не видел:
— Я заглядывал к Алексею вчера.
