Этого более чем достаточно. Для попытки — более чем.
И попытка эта была безумной, отчаянной.
Потому что хоть я и знала, где располагался тот самый сейф, код его был мне неизвестен.
Зато мне было известно, что у мужа кошмарная память на пароли и цифры. Он должен был хранить этот код где-нибудь под рукой. Мог, конечно, и в телефоне, но я знала, как он не любил полагаться на технику. Все заметки свои обычно вёл от руки.
Надежду это давало буквально призрачную, но это уже лучше, чем ничего.
Так я хотя бы буду знать, что попыталась.
Сделала всё от меня зависящее.
Я приблизилась к раздвижной панели, за которой скрывался сейф. Проверила, как работает механизм.
Всё в порядке. Теперь дело за малым — положиться на удачу и проверить записники.
Но стоило мне расположиться с ежедневниками и пачкой исписанных стикеров, хранившихся у мужа на рабочем столе, под световой панелью, как в приёмной раздались чьи-то уверенные шаги.
Глава 41
Мои мышцы дёрнулись, но, как в самом жутком кошмаре, тело не пошевелилось.
Меня буквально парализовало, прибило к месту силой неимоверного шока.
Я всё же успела затравленно оглядеться, чтобы понять, что ни при каких обстоятельствах не успею со своего места метнуться хоть куда-нибудь, где меня не увидят с порога. Но пусть я и осознавала это со всей ясностью, инстинкт это осознание перебить не могло.
Правда, успела я лишь отскочить от световой панели, прижимая к груди всё, что успела стащить со стола мужа.
Будто в продолжении кошмара, дверь отворилась… и я уставилась на вошедшего.
Первые несколько секунд мы таращились друг на друга, одинаково поражённые встречей.
— Я мог вообразить себе нашу новую встречу где угодно и при каких угодно обстоятельствах, — нежданный гость медленно прикрыл за собой дверь, — но только не при таких.
— Ч-что вы здесь делаете?.. — прошелестела я, вибрируя от неимоверного напряжения.
— Я собирался задать вам тот же самый вопрос, — синий взгляд прошёлся по мне, будто его хозяин пытался прочесть ответ по одному моему виду.
— Оказывается, у вас есть доступ к этому кабинету?..
— Оказывается, — пискнула я, ссаживая свой груз на столешницу.
Мои руки вмиг ощутимо ослабли. Очевидно, уровень адреналина неумолимо пополз вниз, стоило сообразить, что никто не собирается меня рассекречивать и громогласно звать охрану. По крайней мере, пока.
— Занятно, — Муратов-старший не глядя что-то смахнул с лацкана своего пальто и бросил на панель у входа кожаные перчатки.
