Тут неподалеку есть чудесный парк.
– Конечно, как скажешь, – кивает Оболенский.
Погода сегодня замечательная. Мне очень нравятся эти места, всегда с удовольствием выбираюсь сюда на прогулку. С Олей, или вдвоем с Артуром, тут много гуляющих мамочек с колясками.
– Здесь на самом деле очень красиво, – говорит Оболенский.
– Да, я полюбила эти места. Так о чем ты хотел поговорить? – добавляю, слегка нервничая.
Несколько секунд Алекс молчит, и наконец произносит:
– Я очень многое испортил между нами. Пытался отпустить, потому что объективно тебя не заслуживаю.
– Пытался?
– Ничего не вышло. Не смог без тебя, без Артура.
– Не смог, – повторяю задумчиво. – Мне посочувствовать? Ты вышвырнул меня, как падшую женщину. Оставил без средств к существованию. Ладно, я ничего от тебя не хочу. Сама смогу обеспечить своего сына.
– Доступ к картам был закрыт по просьбе моей матери. Я никогда бы не оставил тебя в таком сложном положении.
– А еще она хотела купить у меня Артура! – почти кричу.
Прихожу в ярость. Все благие намерения поговорить спокойно летят в тартарары.
Понимаю, что мне нельзя психовать, это опасно для малышки, но все обиды разом вспыхивают внутри.
– Вы с матерью одного поля ягоды! Умеете только угрожать и требовать. Запугивать. Я бы не выстояла без друзей. Только они мне помогли… И я никуда отсюда не уеду. Если ты вдруг рассчитываешь, что я поверю твоим словам и вернусь – так не будет.
– Я понимаю, – глухо отвечает Оболенский. Тебе не нужно мне верить, Ромина. Я понимаю, насколько для тебя это сложно.
По крайней мере, пока. Я докажу. На деле, – берет меня за руку, тянет на себя.
– Докажешь?! Что? – пытаюсь вырвать руку. Когда он успел обнять меня? И почему мне так хорошо в его объятиях? Страхи и обиды отступают. Нет, я не должна быть слабой. Это все гормоны.
– Понимаю, ты ненавидишь меня. Я это заслужил. Но у нас общие дети, – смотрит на мой живот.
Это последняя капля. Я словно повисаю над бездной. Из глаз брызжут слезы.
– Мне нельзя нервничать. Зачем ты приехал, – всхлипываю.
– Если прикажешь уехать, я это сделаю, – говорит Оболенский хрипло.
– С каких пор ты слушаешься приказов? – спрашиваю охрипшим голосом.
– С тех пор как понял, что не могу без тебя дышать. Я хочу быть рядом, но если решишь иначе, поселюсь в соседнем городе. Буду приезжать к сыну. Наблюдать за вашей жизнью со стороны. Кто у нас будет, Ромина?
– Что?
– Мальчик или девочка? – снова смотрит на мой живот.
– Я хочу девочку…
– Я тоже.
Снова вскидываюсь.
