Вот честно — будь я Греем, я бы тоже себя зверски поцеловала.
— Что ж, в таком случае нужно договориться. Это территория людей, более того, мы в замке герцога Нортеймского, и тут свои правила. Если хотите остаться, их придётся соблюдать.
Новое «клац» было менее оптимистичным, но оно-таки прозвучало. Тогда я кивнула, и начала говорить о том, на каких условиях мы сможем существовать вместе.
По сути, мои требования сводились к одному — к безопасности. Не кусать, не убивать людей и скот! Исключение — прямой приказ от меня или герцога.
Я могла понимать сайгирсов лишь частично, в очевидных жестах, но в какой-то момент, при взгляде на Сайю, появилось иррациональное чувство…
— Касательно того, что случилось сегодня, — сказала я, обращаясь к монстрихе. — Спасибо тебе. Ты оказала важную поддержку, но даже в случае таких как Шакрэм, очень прошу — без прямого приказа, моего или Грея Морвеля, никого не убивать.
* * *"
"Я говорила довольно долго, а стая внимательно слушала. Тот факт, что монстры всё понимают, и радовал, и немного напрягал.
Ещё напрягал повторный побег из Мёртвых земель — в итоге я спросила, обращаясь к Сайе:
— Там снова опасно?
При этом мелькнула мысль о гартхах. Может и они обосновались в рудниках не от хорошей жизни?
Но…
Самка отрицательно качнула головой и продемонстрировала радостный зубастый оскал.
— Хочешь сказать, вам просто понравилось жить среди людей? — удивилась я.
Если им и понравилось, то не так, чтобы пищать от счастья. Однако возвращаться на исконные территории «собаки» действительно не собирались.
— А еда? — мой новый вопрос. — У нас осталось немного того мяса, но мне показалось, вы от него не в восторге.
— Клац! — А вот этот ответ я не поняла.
Зато подумала, что жить в тёмном, практически лишённом окон зверинце, не очень приятно. С другой стороны — а что мы знаем о сайгирсах? Вдруг их вообще корёжит от солнечного света?
Тем не менее я решилась на ещё один шаг, но для этого следовало поговорить с управляющим замком. Вот тут меня ждал новый, совсем уж невероятный сюрприз.
Я попросила Сайю остаться с остальными, а сама поспешила прочь. Была убеждена, что снова найду всех на кухне, и буду вынуждена применить всё своё красноречие, чтобы успокоить паникующую прислугу.
Но ситуация повернулась совершенно иной стороной. Выйдя из зверинца, я обнаружила, что никто ни от кого не прячется. Во дворе вяло протекала обычная жизнь, а тот самый конюх сидел неподалёку и уже не бледнел. Он был вполне себе румян.
