Я словно ухнула в омут, и следующая наша встреча с Греем мало отличалась от первой. Мы столкнулись и замерли. Стояли и смотрели друг на друга как два дурака. В глазах Морвеля при этом бушевал такой шторм, что я чувствовала себя лодочкой, которую бросают океанские волны. Гигантские, сильные… стократ сильнее меня.
Но страшно не было, даже наоборот. Я хотела продолжения, и… Ну да, я его получила.
— Грей Морвель, — всё-таки поймав это нехорошее воспоминание за хвост, пробормотала я, а потом картинка исчезла.
Мысли спутались, меня утащило во тьму.
А очнулась я от того, что кто-то подул в ухо и сказал ворчливо:
— Ну и как это понимать?
Мне почудился голос Грея, но я решила, что это последствия неуместных воспоминаний. Отмахнувшись, я попыталась перевернуться на другой бок, и лишь тут сообразила, что сплю.
Я? Сплю?
Я дёрнулась и распахнула глаза. Реальность оказалась не очень-то приятной. Я в самом деле уснула — прямо на ковре, возле арки. И рядом, на корточках, действительно сидел Морвель — смотрел внимательно, словно изучая моё лицо.
Я попыталась сесть.
Вернее, подскочила, в результате чего мы с «мужем» столкнулись лбами. У меня аж искры из глаз вышибло, а Грей тихо охнул.
Пауза, и этот хам заявил:
— Ари, ты решила вышибить мне последние мозги?
Самокритично. Особенно для человека, который с лёгкостью учил любые параграфы и самые сложные магические пассы. Помнил наизусть все исторические даты и прочую заумную жуть.
Слова настолько не вязались с личностью Грея, что я не удержалась:
— Последние? А куда делись первые?
— Понятия не имею, — буркнул Морвель отодвигаясь.
— Но с тех пор, как закончил академию, я очевидно поглупел.
Мой вопросительный взгляд и герцог добавил:
— Например я женился на тебе. А теперь вожусь с твоими страшными собаками.
Хотела сказать, что они не страшные, но язык не повернулся.
— Позволяю жене, самой герцогине Нортеймской, валяться посреди зала, — добавил Грей совсем уж строго. Он глянул вниз и буркнул: — Ты решила подцепить воспаление лёгких, Ари?
— Ковёр плотный.
Мне тепло.
Грей уставился жёстко, он был крайне недоволен. Правда, как выяснилось, волновало его вовсе не здоровье драгоценной супруги:
— Ари, что за цирк? — Кажется, однажды этот вопрос уже звучал. — Ты не артефактор. Ты вообще ничего не понимаешь в телепортации. Зачем всё это?
— Затем, — в том же тоне парировала я.
А ещё поймала себя на нехорошем, исполненном вредности желании.
