Слитки, монеты, казна, богатства… Говорят, драконы над золотом буквально чахнут. Набивают блестящей добычей удалённые пещеры, а потом переходят в звериную форму, ложатся на эти груды и испытывают особый экстаз.
Я не дракон. Лично мне золото требовалось для другого — я вспомнил город, гвардию, обветшалый замок… А ещё Ари с её укоризненным требованием привести в порядок потолок.
Последнее вызвало улыбку.
Интересно, если осыпать Ариадну золотом, её каменное сердце смягчится? Моя леди простит непонятную обиду? Или…
Впрочем, никаких «или».
Простит.
Золото, бриллианты, платья, туфли, что ещё ей хотелось? Потолок, стены? Будут. Новые окна? Да пожалуйста. Школа магии? Легко!
Единственное с чем точно не получится — это дверь. Её не установит ни один плотник, ни за какие деньги. Будем считать, что это технически невозможно. А если в Нортейме найдётся умелец «достаточной квалификации», лично оторву ему руки. Был мастер, и нет.
— Ари, — пробормотал я и тяжело вздохнул в попытке отсрочить главное решение.
Оно было безумным, но единственно верным.
Без вариантов. Никак.
Я лежал очень долго, не меньше часа. В итоге поднял руку и потянулся к переговорному перстню, чтобы возродить в памяти такой прекрасный девичий образ. Эти тёмные волосы, укоризненно сведённые брови, сверкающие гневом глаза…
— Ари. Спишь?
Ответ пришёл почти мгновенно.
— Ну какой сон, Грей Морвель? Разумеется нет. Я жду тебя.
Невольно улыбнувшись её сердитости, сказал:
— Я задержусь. Насколько — не знаю. Не могу прийти так быстро как планировал.
Недолгая пауза, и Ари спросила:
— Что ты задумал?
Хм.
— Ничего особенного. Так…
Я замер в ожидании упрёков или даже скандала. Приготовился услышать о себе что-нибудь новое и заковыристое, хотя казалось Ари давно высказала всё. Но эта невыносимая девушка решила удивить:
— Хорошо, Грей. Делай, что считаешь нужным.
— А ты?
Ариадна вновь была сердита:"
"— Буду держать оборону, что ещё остаётся? Но учти! Если кто-то из сайгирсов, совершенно случайно, откусит твоему дядюшке голову, ты не станешь меня упрекать.
Моя улыбка стала шальной.
— Не стану, любимая. Более того, в случае разбирательств, лично создам тебе алиби.
— Какой ты понимающий.
— Всё сделаю, Ари. — В голосе прозвучала улыбка, которую я и не скрывал.
Перстень выплюнул новое хмурое сообщение:
— Обожаю тебя.
— Взаимно, дорогая. Обожал, обожаю и обожать буду.
Ариадна не растерялась, парировала:
— Чую, что я люблю тебя всё-таки больше, раз позволяю шляться по каким-то шахтам.
