Или вру? Или я всё же могла взять себя в руки и вернуться в реальность? Или я нарочно уснула на этом злосчастном полу?
Неприятно одно — проснулась я в одиночестве. Ни тебе вопиющих объятий, ни наглого объекта, с которым можно поругаться. Никого, кому можно поугрожать разводом или напомнить про дверь, которую за вчерашний день так и не установили.
В зале находились лишь я, арка и серебристая магическая пелена, которая стала заметно плотней.
Грей Морвель
— Ну вот. Опять, — буркнул я, глядя на жену, спящую возле арки.
Правда раздражения в этот раз не было, скорее наоборот. Я смотрел на Ариадну с долей предвкушения, а охранявшая мою леди «собака» словно почуяла. Монстриха недобро зарычала, и я перевёл на Сайю суровый взгляд.
Несколько секунд мы боролись, а потом я процедил:
— Это моя женщина.
Зараза ответила рыком.
— А я говорю — моя!
Я был готов отстаивать своё право в драке. Это моя женщина. Всё.
— Это моя женщина, — повторил в третий раз, и самка фыркнула.
А я…
— Брысь отсюда.
Своевольная зверюга посмотрела скептично.
— Ночью Ари под моей охраной. Придёшь утром.
— Клац! — Мне вновь показали клыки.
Но спустя миг серая нахалка исчезла. Если не считать приставленную к залу охрану, мы с Ариадной остались одни.
Я долго раздумывал над тем, что делать — во мне боролись противоречивые чувства. Всё-таки взять на руки и отнести в покои, или…
Или. Я понял, что слишком устал.
То есть напади на нас какая-нибудь армия, я бы с лёгкостью вышел и обрушил на врагов потоки боевой магии.
Иссякни магия, придушил бы голыми руками — сломал рёбра и выдрал хребет. Но в том, что касается переноски девиц из одной локации в другую, сил у меня не осталось. Вообще. Никаких.
Максимум, на что был способен — стянуть с неё туфли, избавиться от камзола и лечь рядом. Ах да! Ещё пледом нас накрыть.
Впрочем, нет. Ещё парочка небольших, малозатратных действий. Обнять Ариадну за талию и подтянуть ближе, зарыться носом в гриву каштановых волос. Аромат её волос был настолько приятным, что… Мм-м… Может всё же отодвинуться? А то снова будет визжать, обвиняя в непотребствах.
Но быть приличным не получалось. Я не мог отстраниться, хотел ощущать её всю, целиком."
"Тепло тела, аромат волос и кожи, ровное дыхание. Ари была настолько манящей, настолько желанной, что я мысленно зарычал. Ведь зарекался! Тысячу раз говорил себе, что никогда больше не влюблюсь в эту невыносимую девчонку! А сам?
— Грей Морвель.
