— Нет!!! — услышала я чей-то голос— Нет!!! Не стреляй!!!
Раздался выстрел, и тело незнакомца упало рядом со мной. С трудом подняв голову, я увидела папика. Сильно покачиваясь, он шел по коридору. В одной руке папик держал пистолет, а другой прикрывал окровавленное плечо.
— Не умирай, прошу тебя, Дашенька, не умирай, — хрипел он. — Я же не умер. Я смог подняться. Сейчас нам помогут, ты только не умирай!
Папик опустился рядом со мной, достал сотовый и стал набирать чей-то номер.
— Кажется, все… Спасибо вам Григорий Давидович… — с трудом произнесла я.
— Не смей, слышишь, Дашка, не смей. Сейчас приедут мальчики. Они уже в пути.
Папик положил трубку на пол, взял меня за руку и слегка сжал ее.
— Только не умирай, девочка. Потерпи немного, я не могу тебя потерять…
Я попыталась улыбнуться ему, но у меня ничего не получилось. Резкая боль пронзила тело насквозь. Перед глазами завертелись красные круги, в ушах нарастал неприятный шум.
— Ее нужно спасти, — долетел до меня голос папика. — Ей нужна помощь…
— Поздно, — с трудом прошептала я и отдалась воле Всевышнего.
"
"Глава 16
Открыв глаза, я попыталась понять, где нахожусь. Увидев девушку в белом колпаке и таком же халате, мне стало ясно, что я в больнице. Кажется, в больнице… значит, я осталась жива…
Минут через пять в палату вошел папик. Сев на стул, он нежно поцеловал мою руку.
«Бедный Григорий Давидович, — подумала я. — Совсем сдал… Похудел, осунулся… От красивого, уверенного в себе мужчины не осталось и следа…»
— Как дела, Дашенька? — улыбнулся папик.
— Я жива…
— Моими молитвами.
— Таню уже похоронили?
— Да, неделю назад, — опустил голову папик.
— Где? — заплакала я.
На Ваганьковском. Хотел поставить памятник, а эти гады сказали, что надо ждать целый год. Земля должна осесть. Но я все же поставлю памятник к Таниному дню рождения. Они уговаривают меня подождать, но я не могу ждать. Я хочу сделать ей подарок на день рождения. Хотел подарить ей хороший джип, а теперь придется дарить памятник.
Больно смотреть на простой холмик. Я хочу, чтобы она была как живая, в куске черного мрамора. Таня любила черный цвет, он шел ей… Я за Таню спокоен. Теперь о ней позаботится мать. Она там не одна. Если бы я только знал, на что способен Танин муж…
— Он хотел убить вас. Сунул в замок спичку, чтобы вы не смогли закрыть дверь на ночь. Я сидела у окна и видела две тени, кравшиеся к дому, но и подумать не могла, чем это кончится.
— Я продам этот дом.
