— Как относишься к уличным гонкам? — спрашивает парень, когда отъезжаем от общаги.
— Не знаю, — пожимаю плечами и неловко смеюсь. — Для меня это что-то из фильмов типа Форсажа. А зачем спрашиваешь?
— Сегодня сходка уличных гонщиков, поедем?
— Ой, — даже теряюсь я. Хотя внутри просыпается интерес.
— Тебе понравится, ты же любишь адреналин, скорость, — припоминает он наши покатушки на «ватрушках».
Смеёмся в унисон. Где невинная горка, а где реальные гонки на тачках?
— Ну так что, погнали? — подмигивает Миша.
— Ну… — сомневаюсь для приличия. — Давай.
— Кайф.
Тит врубает погромче музыку и увереннее давит на газ. Я любуюсь ночным городом и про себя до сих пор не верю, что вместо фильма я еду смотреть на уличные гонки. Стоп или мы еще участвовать будем?
— Ты тоже собираешься гонять? — спрашиваю у Миши.
— Ага.
— Я пас, — сразу обозначаю. — Это вообще легально?
— Чуть-чуть, — хитро улыбается он.
— Чего?
Миша ржёт и отрицательно мотает головой. Ну ясно, что нет. Этот факт только обостряет интерес.
Блин, даже волнительно становится. Я буду частью запрещенного мероприятия.
Мы выезжаем с дорог оживленного движения на шоссе, где нет камер и контроля. Трасса для выплеска адреналина уличных гонщиков. Издалека я замечаю припаркованную на обочине вереницу автомобилей и собравшуюся молодежь. Да тут настоящая придорожная тусовка. Уличный движ в полной красе. Народу тьма, незнакомые парни и девчонки, все галдят, пиво пью, курят.
Мы паркуем машину на свободное место. Я начинаю заметно нервничать.
— Выходим, — командует Миша.
Я оцепляю ремень безопасности и вылезаю из салона. Ежусь от небольшого ветра и застегиваю куртку по горло.
— Пошли к нашим, — берет меня за руку Миша."
"Я иду за ним и осматриваюсь. Среди многих машин замечаю черное БМВ Германа. Чёрт, и он здесь? Стоило мне подумать, как дверь Бэхи открывается и из машины выходит Заславский. Он вливается в толпу знакомых, и мы как раз идём туда же.
— Всем здорова, — салютует Миша, и все переключают внимание на нас.
Я выхожу из-за спины парня и скромно улыбаюсь.
Герман, заметив меня, сначала удивляется, а потом недовольно хмурится.
— Эту чё притащил? — с явным пренебрежением спрашивает он у Тита.
«Эту»? Он имя моё забыл? Я оскорбляюсь. Я же тут рядом и всё слышу! Ему по барабану? Хочу убить его взглядом, но Герман не смотрит на меня, как будто недостойна этого.
— Тебя забыл спросить, — огрызается Тит.
Герман фыркает под нос и отворачивается.
