Может быть, позже, учитывая твою странную возможность сдерживать злое колдовство. Но все-таки превратит. От этого есть только одно лекарство
— кол в сердце или отрубленная голова.
Чед глухо зарычал и вдруг встал передо мной, загораживая меня от своих матери и брата. Это взбесило Варлу:"
"— Что ты рычишь на меня, щенок?! — крикнула она на сына. — Ты сам понимаешь, что это неизбежно. Ты что, хочешь запереть ее в подвале и постоянно прятать от людей? От нее никогда не будет наследников. И в один ужасный день она вырвется из тюрьмы, и тогда твоя жизнь, жизнь твоих сыновей и твоих подданных подвергнется страшной опасности!
— Не смей говорить обо мне, будто я уже покойница, — сказала я сквозь зубы.
Чед согласно рыкнул.
— Ты — покойница! Нежить! Нетопырь! — заявила свекровь и приказала: — Сэр Эдейл! Вы казнили одну упыриху, защищая моего сына, казните и вторую, защищая жизнь короля!
Я впилась взглядом в лицо Рэндела. Что он намерен сделать? Убить меня, как убил свою невесту?.. Раскел говорил, что Рэндел любил ее… Мне он тоже клялся в любви…
«Она напала на Чеда, хотела впиться ему в горло, — услышала я слова Рэндела, как наяву.
— Пришлось отрубить ей голову».
Ради брата и господина он убил женщину, которую любил. И вот — снова оказался перед выбором. Рыцарь- Несчастье. Ему и в самом деле не везет. Не везет во всем — начиная от рождения, заканчивая любовью к женщине.
— Не медлите, добрый сэр, — уговаривала его Варла. — Смелее! Докажите свою верность.
Наверное, мне тоже надо было что-то сказать.
Свекровь убеждала меня, что я могу воздействовать на людей — могу взглядом и голосом подчинить их своей воле. Если я сейчас заговорю с Рэнделом, то смогу заставить его убить старуху, которая сначала так жаждала отдать меня для насилия монстру, а потом с не меньшим жаром начала требовать моей смерти?..
Наверное, у меня бы получилось. Но я не сказала ни слова. И даже закрыла глаза, чтобы не видеть окаменевшего лица Рэндела.
Я устала. Смертельно устала.
Пусть всё решится само. Без моего участия… Только быстро. Чтобы я не успела почувствовать боли и страха.
— Я не стану ее убивать, — прозвучал вдруг голос Рэндела.
Этот голос, эти слова — они словно вдохнули в меня жизнь. Я встрепенулась, открывая глаза. Чед стоял у моих ног, воинственно вздыбив шерсть, а Рэндел убрал меч в ножны.
— Сборище трусов и безумцев! — прошипела Варла и выхватила непонятно откуда длинный тонкий трехгранный кинжал.
