Он принес кувшин с вином и тут же щедро налил бокал до краев и поставил его на столик возле моей кровати, но я опять расплакалась.
— Неужели вы хотите, чтобы я пила одна? — спросила я с упреком. — Налейте же и себе, чтобы соблюсти этикет. Рыцари переглянулись.
— Мы не смеем, миледи, — ответил сэр Лаэрд, а сэр Йорген согласно кивнул.
— Не смеете? — я посмотрела сначала на одного, потом на другого. — Что это значит? Не смеете даже проявить вежливость к женщине? Или боитесь быть милосердными к той, которую приговорили к смерти?
— Не говорите так, миледи, — произнес Йорген страдальчески.
— Тогда почему вы оскорбляете меня? — я так и впилась в него взглядом. — Может, вы боитесь, что я вас отравлю? Что я — настоящая ведьма? Но, по-моему, все уже убедились, что это не так. Будь я ведьмой, я улетела бы отсюда, или убила бы вас всех заклятиями и взглядом. Но я сижу под замком, и всего лишь прошу… — я снова добавила в голос слез. — Прошу лишь, чтобы вы проявили благородство по отношению ко мне…
Это оказалось последней каплей, потому что сэр Йорген решительно взял кувшин и наполнил еще один бокал до половины.
— Эй, — предостерег его Лаэрд. — Раскел сказал…
— Это вино принес ты, — огрызнулся Йорген. — Может, мне начать подозревать еще и тебя?
На это Лаэрду ответить было нечего, и его товарищ, зажмурившись, опрокинул в себя красное вино. Я пригубила из своего кубка и посмотрела на Лаэрда из-под ресниц.
— Ну что? Вы всё еще подозреваете меня? — спросила я горестно.
— Отличное вино, — одобрил сэр Йорген.
— Налейте еще, — я подставила свой бокал тоже, хотя там было еще две трети вина. — И пододвиньте кресло, добрый сэр. Пить стоя — это неудобно.
Сэр Лаэрд недолго оставался в стороне, и вскоре оба рыцаря потягивали вино, сидя возле моей кровати. Я подливала им вино, чуть жеманилась и кокетничала, повторив все штучки из арсенала фрейлин моей мачехи, когда они очаровывали рыцарей отца.
Я то смущенно смеялась, то начинала сетовать на несчастную судьбу и плакать, и тогда оба рыцаря наперебой бросались меня утешать.
Вино сделало их разговорчивыми и невнимательными, а заветная шкатулка была припрятана у меня под подушкой. Незаметно добавить щепотку в кувшин — и дело сделано. Не прошло и четверти часа, как взгляды моих охранников затуманились, сэр Йорген начал клевать носом, а сэр Лаэрд зевал в кулак и совершенно перестал понимать, что я ему говорю.
— По-моему, вы утомились, — сказала я как можно заботливее.
