Не хуже нашего инженера.
– Ну, до него мне как до Москвы пехом, – рассмеялся Мишка. – Он вон двигатели изобретает. А я только инструмент подходящий."
"– Не скажи, парень, – протянул мастер, окидывая его задумчивым взглядом. – Без толкового инструмента никакое дело толком не сладишь. Дом срубить и то топор хороший нужен.
«Так, похоже, я опять засветиться умудрился», – проворчал про себя Мишка, уже подбирая варианты, чтобы аккуратно свалить из мастерской.
– Спасибо вам, дяденька. Пойду я, – смущенно улыбнулся он мастеру, забирая свои приблуды.
– Ступай, парень. Ступай, – кивнул мастер, возвращая ему дробь.
Сунув дробь в карман, Мишка с железом подмышкой помчался к себе. Едва скинув дождевик, он подскочил к своему оружейному сундуку и, откинув крышку, принялся вспоминать, все ли у него есть для правильного снаряжения патронов. Вернувшаяся в дом Глафира так и застала его сидящим у сундука и задумчиво рассматривающим его содержимое.
– Ты чего, Мишенька? – недоуменно спросила она.
– Потерял чего?
– Мама Глаша, у нас валенки старые есть? – повернулся к ней Мишка.
– Так в сенях целый ларь старья. Уж который год просила Трифона хоть пару подшить. А то что ни пара, так дыра на пятке. Перед людьми стыдно.
– Ага, – радостно рыкнул Мишка, с кровожадным видом ринувшись в сени.
Втащив в дом ларь, сплетенный из ивняка, он откинул крышку и принялся выкладывать его содержимое прямо на пол. Выбрав две пары самых новых валенок, он отложил их в сторону и, убедившись, что из оставшихся ему хватит и на пыжи, и на подшивку, отправился за ножом.
Быстро вырезав две пары подходящих стелек для подшивки, он отложил заготовки в сторону и взялся за пробойник. Два часа стука и грохота, и три сотни пыжей были убраны в сундук.
Вырубая пыжи, Мишка старался использовать валенок полностью. В итоге от пары остались одни ошметья. Тетка только головой крутила и горестно вздыхала, глядя на такое разорение. Легко читая ее мысли по поводу своих охотничьих изысканий, Мишка чуть усмехнулся и, убрав пробойник, спросил:
– Мама Глаша, а где у нас дратва и игла сапожная?
– Да ты, никак, решил сам их подшить? – удивилась Глафира.
– А чего? Трифона прикажешь с каторги ждать? – фыркнул Мишка. – Зима скоро, а тебе и на улицу вый ти не в чем.
– Трифон все в сенях, в особом мешке держал. Там и кожа на починку сбруи была, и иглы, и дратва, – вздохнула женщина и, махнув ладошкой, всхлипнула: – Ежели не пропил, там и висеть должен.
