– Да не особо, – фыркнул парень. – Я, как вы изволите знать, в своём деле лучший. Так что на заработки не жалуюсь. Да и бесполезно это. Искать их, – подумав, добавил он.
– Почему бесполезно? – удивился неизвестный.
– Так ежели их долго нет, или заплутали, или хунхузы убили. В любом случае нет их уже в живых. Тайга дело такое.
– Ерунда. Там были опытные люди, – возмущённо зафыркал мужчина.
– И что? И на старуху бывает проруха, – отмахнулся Мишка. – А хунхузы те вообще жители таёжные. С ними шутки плохи. А предгорья – места, считай, нехоженые.
Там и полк солдат бесследно сгинуть может.
– Ты себе цену набиваешь, что ли? – вдруг вызверился неизвестный.
– А при чём тут цена? – не понял Мишка. – За цену мы с вами ещё не говорили. Да и не станем, пожалуй.
– Что? Почему? – окончательно запутавшись, растерялся мужик.
– Так у вас бумаги нужной нету, раз. Мест, куда именно та экспедиция шла, вы толком не знаете, два. Да и некогда мне такой ерундой заниматься. Это три, – закончил Мишка, внимательно отслеживая каждое движение странной парочки.
– Ты будешь делать то, что тебе прикажут, смерд! – зарычал говоривший, выхватывая револьвер.
Дав ему возможность достать оружие и поднять его на уровень груди, Мишка одним плавным движением выхватил пистолет и от бедра всадил ему пулю в грудь. Второй неизвестный, растерянно охнув, тоже потянулся за оружием, но, заметив наведённый на него ствол, испуганно замер. Возница, который после выстрела едва не свалился с облучка, осторожно оглянулся и, увидев лежащий на полу брички револьвер, растерянно проворчал:
– Ну, Мишка.
Ну, бес. Я моргнуть не успел, как ты пальнул. Это что ж тут такое происходит?
– А это, дядя, значит, что ты сейчас развернёшь свой тарантас и повезёшь этих двоих в контрразведку, – ответил Мишка, хищно усмехнувшись. – А ты выходи. Медленно, – скомандовал он второму неизвестному. – Руки держи так, чтоб я их видел. И не вздумай шутить. Сам видишь, стреляю я быстро.
– Неужто политика? – испуганно охнул возница.
– Хуже, дядя.
Это лазутчики вражеские. Ну да ничего, и не таких скручивали. Ступай к облучку и руки на него положи, – скомандовал он вылезшему мужику. – Держи ему руки, дядя, а я обыщу, – велел Мишка, спрыгивая с коня.
Возница тут же сгрёб кисти рук неизвестного и сжал их с такой силой, что тот невольно скривился от боли. Быстро обыскав его, Мишка достал из кармана кожаный ремешок и, связав мужчине руки за спиной, принялся ворочать убитого, вынимая из карманов всё подряд.
