– А если я дам слово офицера, что не сделаю попытки бежать? – подумав, предложил пленный.
– Слово, данное варвару и простолюдину? – рассмеялся Мишка.
– Похоже, в дворянскую честь вы тоже не верите, – проворчал пленный, заметно помрачнев.
– Не всякому, и уж точно не офицеру из стана противника.
– Но наши страны не воюют, – вскинулся пленный.
– И что же тогда вы тут делаете? – последовал вопрос, и мужик завис, судорожно ища подходящий ответ."
"Их разговор прервал Илкен, сообщивший, что баня протоплена и можно идти париться.
Прихватив чистое исподнее и кусок чистого холста для пленника, Мишка развязал ему руки и повёл в баню. Снабдив мужика горячей водой и куском мыла, парень оставил его под присмотром молодёжи, а сам с удовольствием принялся париться, подзуживая Торгата поддать парку. Напарившись и отмывшись до скрипа, они вернулись в дом, где Илкен уже успел накрыть на стол.
Поглядев на это изобилие, Мишка сглотнул набежавшую слюну и, не удержавшись, проворчал:
– Тут роту накормить можно.
– Не ворчи, – весело отмахнулся Илкен. – А то я не знаю, какими голодными вы оба из бани выходите. Садись, готово всё.
– Не спеши, – улыбнулся Мишка, покосившись на пленного.
Сходив в подклеть, он притащил в дом поставец, взятый у англичан, и принялся сервировать стол. Спустя несколько минут перед пленным стоял прекрасного качества прибор. Разглядев клеймо, тот удивлённо посмотрел на парня.
– По случаю достался, трофеем, – пожал тот плечами. – Прошу к столу, сударь, – усмехнулся парень, беря в руки нож и вилку.
* * *– М-да, Миша. В очередной раз сюрприз преподнёс. Уж не знаю, хвалить тебя или ругать. В который раз уже, – вздохнул Владимир Алексеевич, отодвигая привезённые парнем бумаги и устало потирая шею. – С одной стороны, всё правильно сделал. Война идёт, и любой иностранец, оказавшийся в этих местах без соответствующих документов, может считаться врагом. А с другой – из дюжины членов экспедиции одного только в живых оставить… Это можно и убийством назвать.
– Да называйте как хотите, – фыркнул Мишка. – Не нравится, больше и привозить никого не стану. Будете голые бумажки получать.
– Миша, не зли меня, – насупившись, буркнул контр разведчик. – Будь это японец или британец, и слова бы не сказал. Но он пруссак.
– И чего? Помер Максим, да и хрен с ним, – отмахнулся Мишка. – А то мало народу по тайге за просто так пропадает. Вам бы, Владимир Алексеевич, и вправду определиться бы пора уже.
