Когда они на поезда нападали, я полковнику предлагал в каждый вагон по несколько толковых стрелков посадить. А потом несколько вагонов изнутри железом обшить и слух пустить, что в том поезде казна богатая. А как соберутся в кучу, так всех и накрыть, потому что в тех вагонах солдаты будут.
– Хитро, – подумав, одобрительно кивнул казак. – А полковник чего?
– А-а, – отмахнулся Мишка. – Это ж военные. Им на каждый чих отдельный приказ нужен. Пока чесались, хунхузы тактику сменили.
– Это верно, – рассмеялся атаман.
– Добро, Миша. Как будут новости, сам за тобой пришлю.
– Вот ещё, Сергий Поликарпович. Мне тётка сказала, что Настя после той истории в тайгу ходить боится. Верно?
– Угу. Уж не знаю, что и делать, – вздохнул атаман.
– Дозвольте, я ей револьвер подарю. Стрелять-то она, думаю, умеет. Казачка ведь. Да и я кое-какие приёмы покажу. Авось страх и уйдёт, – решившись, предложил Мишка, которому девушка нравилась.
Он не был влюблён, но Настя вызывала у него странное желание укрыть и позаботиться.
Тоненькая, гибкая, внешне беззащитная и в то же время очень сильная, что называется, со стержнем внутри. Да и регулярное давление тётки на мозг возымело своё действие, хоть и не так сильно, как она мечтала. Удивлённо оглядев его, атаман только руками развёл.
– Ежели найдёшь револьвер ей по руке, так я только рад буду. А стрелять она умеет. Не очень, но умеет. Она из винтовки больше.
– То не страшно. Научу. И сразу скажу, Сергий Поликарпович. Чтоб вы чего дурного не думали.
Баловства с ней не допущу.
– Знаю, – помолчав, очень серьёзно отозвался казак.
Вот такого ответа Мишка точно не ожидал. Он раздумывал, как попроще расколоть этот орешек, и уже открыл рот, но атаман, помолчав, несколькими словами развеял его недоумение.
– Будь ты дурным человеком, не стал бы сироту полюбовницы дочкой звать. Я про тебя многое знаю, Миша. Так просто в станицу никого не зовут. Сначала смотрят, что за человек. Чего стоит. А уж потом зовут. А скорее не зовут.
– А то, что вы постоянно твердите, что я не реестровый, это как понимать? – не удержался парень. – Второго сорта человек, что ли?
– Не дури, – отмахнулся атаман. – Как человек, ты ещё моих родовых поучить можешь. А что не реестровый, так то правда. Для внесения в реестр казак должен сначала экзаменацию сдать. А раз не сдавал, значит, не реестровый. Вот и вся разница. Да ты не переживай. Никто из казаков супротив тебя и слова не скажет.
