Сутулый, но явно очень сильный, мужик обвел лавку настороженным взглядом и, заметив, что приказчик держится за локоть, удивленно хмыкнул, покосившись на стоявшего у прилавка паренька.
– Чего бузишь, парень? – прохрипел он, мрачно сверкнув глазами.
– А не надо людей дурить, тогда и бузы не будет, – показал Мишка гирьку.
– То не твоего ума дело, парень. Отдай, – разом подобравшись, зарычал мужик.
– Отдай ему, Мишенька, – вдруг взмолилась тетка. – Это ж варнак каторжный, убьет.
– Не рискнет, – усмехнулся Мишка. – Это ж каторга пожизненная.
Нет, здесь он меня убивать не станет. А дальше – как бог даст.
– Умный, – неожиданно оскалился мужик.
– Умный, – кивнул Мишка. – Так что, договариваться станем или шум поднимать?
– Чего хочешь? – подумав, спросил мужик.
– Три мешка муки, мешок соли и две коробки чая, – быстро перечислил Мишка.
– Много, – качнул варнак косматой головой.
– Шум вам дороже встанет.
– Думаешь, за горло нас взял? – помрачнел мужик.
– Нет. Но за наглость наказывать надо. И за глупость.
Он по глупости своей наглеть начал, а обнаглев, на меня в драку полез, хоть и не знает, кто я. Вот пусть и платит, – ответил Мишка, кивая на приказчика и не отводя взгляда от глаз мужика.
Одновременно с этой игрой в гляделки Мишка мысленно накачивал себя злостью, пытаясь взглядом показать противнику, что не боится его и готов драться. «Я зверь, я готов убить», – билось в мозгу парня. Спустя пару минут варнак не выдержал и, тряхнув головой, медленно отступил к прилавку, повернулся к приказчику и приказал:
– Дай, что сказано.
– Да как же это, Савва?! – взвыл тот. – Он же завтра опять придет.
– Не придет, – рыкнул мужик и, повернувшись, вопросительно посмотрел на Мишку.
– Не приду. Наказывают один раз, – кивнул ему Мишка.
– Дай, – отрезал варнак и тяжело затопал в подсобку.
– Телега перед лавкой. Загружай, – скомандовал Мишка. – И не вздумай дерьмо всучить. Больше не прощу.
Вздрогнув от его тона, приказчик выскочил в подсобку, и спустя пару минут двое пропойного вида мужичков уже сгружали в телегу мешки с мукой и солью.
Чай варнак вынес сам и, передавая его Мишке, тихо сказал:
– Шустрый ты парень. Рисковый. Мне такие нравятся. Сам таким был. Только теперь осторожен будь. Карпуха не простит.
– Ну, тут уж как бог даст. Я ведь тоже не пальцем деланный, – усмехнулся Мишка, забирая добычу.
– Человечья кровь не звериная. У нее вкус другой.
– Знаю. Пробовал, – коротко ответил Мишка, и варнак удивленно замер, глядя на него неверящим взглядом.
