Выходи, стрелять не стану.
– Все одно не успел бы, – раздалось в ответ, и на поляну вышел невысокий жилистый хант.
– Здравствуй, Мишка, – кивнул он, усаживаясь у потухшего костра. – Смотрел, ты пришел, или другой кто. Не позвал бы. Точно бы убил.
– Здравствуй, Торгат, – улыбнулся в ответ парень. – Сам видишь, я это. Да и не знает больше никто про это место.
– Слух был, что ты вдруг забыл все. Правда ли?
– Было такое, – скривился Мишка. – Потому и не приходил. Не помнил, куда.
– А теперь как?
– Кое-что вспомнил, но не все, – вздохнул парень.
– Доброе место выбрал, – помолчав, одобрил хант. – Только тыном обносить надо.
– Зачем? – удивился Мишка.
– У каменного языка аю поселился. Молодой, любопытный. Разорит заимку, если съестное учует.
– Аю, значит, – задумчиво протянул Мишка. – Ладно. Посмотрим, может, и договоримся.
– Миша, а что это такое, аю? – спросил Савва, усаживаясь на своей лежанке.
– Медведь на их языке.
– И что, станешь с таким соседом жить?
– Медведь, Савва, зверь умный, осторожный.
Если его не беспокоить, сам не тронет. Если только голодный или ранен. Ему и без меня добычи хватит. А нет, так я своей поделюсь. Не жалко.
– Неужто не тронешь? – не поверил грек.
– Лишнее это, – отмахнулся Мишка. – Торгат, отведешь нас туда, где золота больше? – повернулся он к гостю.
Пока говорили, парень успел раздуть костер и подвесить над ним котелок с водой, набранной еще с вечера. Вместо ответа хант достал из кисета костяную трубку и принялся не спеша набивать ее табаком.
Мишка, пользуясь его раздумьями, сбегал в кусты и, умывшись, вернулся обратно. Хант, раскурив трубку, несколько раз пыхнул ядреным самосадом и, покосившись на Савву, тихо спросил:
– Ты охотник, Мишка. Зачем тебе золото?"
"– Сейчас не мне. Ему, – коротко ответил парень, кивнув на грека. – Он домой уйти хочет. Денег нет. Дома золото продаст, деньги будут.
– А потом что? – не уступил хант.
– А потом это моя земля будет. Всем скажу, что заимку тут поставил.
Чужие не пойдут. А пойдут, им же хуже. Знаю, чего опасаешься. В сторону каменного лося ходить не стану. Мне и тут добычи хватит.
– Значит, помнишь уговор наш? – задумчиво уточнил хант.
– Потому и пришел, – пожал Мишка плечами.
– Добро, Мишка. Отведу, – пыхнув трубкой, кивнул охотник.
– Спасибо, Торгат, – улыбнулся парень. – Где сыновья твои?
– В стойбище, – махнул хант трубкой. – Сам знаешь, весна. Охоты нет. А в поселок идти рано. Сидят пока.
