Если до ветру кому, то вон в ту сторону, ложбинка есть. Там и оправляйтесь.
– А почему именно там? – не унимался второй приезжий.
– Ну, если хотите собственное дерьмо нюхать, можете не ходить, – отмахнулся Мишка, убирая нож.
В ответ раздался хохот четырех луженых глоток. Не смеялись только Мишка, спросивший и японец. Услышав возмущенный стрекот белки, Мишка, насторожился и, подхватив прислоненное к дереву ружье, тихо сказал:
– Пойду пройдусь.
Такой шум белка поднимает, если рядом есть опасный для нее хищник. Отойдя от стоянки на три десятка шагов, он достал из мешка свой маскхалат и, накинув его на плечи, завязал тесемки на груди.
Накинув кое-как сшитый на манер капюшона край на шапку, он переломил ружье и, проверив патроны, скользнул в темноту. Обойдя бивак по кругу, Мишка подобрался к указанной им ложбинке и, притаившись за деревом, осторожно выглянул, опустившись на колено.
Все эти маневры были проведены не просто так. Вскоре от лагеря отделились две фигуры и спустились в ложбину. Благодаря своим переходам Мишка оказался в нескольких шагах от тихо беседовавшей пары.
Сопровождавший японца третий пришлый, горячась, то и дело повышал голос, на что японец тихо шипел на него сквозь зубы.
– Вы понимаете, что предлагаете мне?! – возмущался пришлый.
– Всего лишь обменять мои знания на голову одного грязного раба.
– Он не раб. Да, он простой крестьянин, но не раб.
– Хорошо. Пусть будет грязный крестьянин. Вы хотите получить повышение по службе и избавиться от своего начальника? Тогда подарите мне голову этого сопляка, и я помогу вам.
Поверьте, я много знаю. Уберите его и уговорите своего начальника вернуться в город. Там мы заберем моего брата и поедем в вашу столицу. Даю вам слово. Сведения от меня будете получать только вы.
– Зачем вам это? – спросил пришлый, явно поддаваясь на уговоры.
– Он оскорбил меня и моего брата. Такие оскорбления смываются только кровью. Имейте в виду, или так, или я буду водить вас по этому лесу до следующего года.
– Почему я должен вам доверять?
– Потому что я дам слово самурая древнего рода и поклянусь именем Будды Амиды.
Это священная клятва.
– Хорошо, – тихо выдохнул пришлый. – Но мне нужно время на подготовку. Это нужно сделать так, чтобы все подумали, что это случайность.
– Его голова… – напомнил японец.
– Зачем она вам, если он умрет? В столице таким сувенирам не рады.
– Хорошо. Но я сам проверю, умер ли он, – отрезал самурай.
– Это пожалуйста, – пожал плечами пришлый. – Нам пора возвращаться.
