У меня оголен кусок пусть и отсутствующей, но все же груди, надо мной нависает полуголый и, судя по всему, возбужденный мужик. Мамочки.
– Я тебя прикую к батарее, если предпримешь еще одну попытку сбежать. Ты меня поняла? – когда над тобой нависает огромный мужик, думалка, мягко говоря, работает не очень.
– Не надо к батарее. Там обычно пол холодный. А мне еще детей рожать, – ну ладно, подыграю, все равно батареи в доме нет.
– Тогда к кровати.
– Поняла, а вы не могли бы слезть с меня? Как-то давите весом и не только им.
И руки хорошо бы мои отпустить, у меня запястья тонкие. Синяки мне не идут.
– Это все, что тебя сейчас тревожит?
– Если честно, меня тревожит, что ваш…хухра, судя по всему, поднялся на мою…мухра.
– И что ты думаешь с этим делать?
– Я ничего. Вы как-нибудь сами, без меня.
– Разбудила меня ты. Ерзаешь и трешься об меня ты. Угадай с трех раз, кто будет решать проблему со стояком? – шепчет, намеренно касаясь губами мочки уха.
– По идее, жилищно-эксплуатационная контора.
Но если бы у меня были проблемы со стояком, я бы сначала вызвала сантехника. Побоялась бы, что все затопит."
"– Ни сантехника, ни ЖЭКа здесь нема. Так кто будет решать проблему со стояком?
– Ваша рука?
– Твоя.
– Я не умею.
– Сейчас научу, – от страха зажмуриваю глаза и произношу первое, что приходит на ум.
– Если отпустите меня, я вам расскажу правду про рисунок. Клянусь.
Открываю глаза, как только ощущаю, что Федор отпустил мои руки.
Он садится на диван, я же принимаюсь застегивать пуговицы на платье.
– Я впервые ночевала у Люси в этом доме. И сказала: «на новом месте приснись жених невесте». Вот вы мне и приснились. Наутро я по памяти вас нарисовала. Поэтому, когда увидела вас в машине…сильно напряглась. Клянусь своей жизнью, все так и было. Но вы не переживайте, мне бандит в качестве суженого уж точно не нужен.
Сказать, что он удивлен – ничего не сказать. Он прикладывает ладонь к своему лбу и начинает его усиленно тереть.
Встает с дивана и, схватив со стола ключи от машины, направляется к выходу.
Мои надежды на то, что Федор решил переночевать в машине – не оправдываются. Он возвращается в гостиную уже в джинсах и с аптечкой в руках. До меня только сейчас доходит, что у меня разбиты коленки. Но боли то ли от страха, то ли от стресса не чувствую.
Федор молча садится на диван и начинает обрабатывать мне ссадины. В голове полная неразбериха.
