Кстати, два дня назад именно эта конспирация нам здорово помогла, когда Кротов неожиданно поднялся ко мне в квартиру через полчаса после того, как его охрана меня привезла в мою временную квартиру.
И, как назло, его же охрана и дежурила под окнами, не дав ясно зрячему незаметно перелезть через балкон. Так и познакомился сосед дед Федя, «пришедший ко мне за солью» с Кротовым.
Единственное, что мне нравится в этом спектакле – это ревность не Достоевского. Я прям наслаждаюсь этим. Но на этом все, он почему-то упорно не хочет меня делать взрослой.
Однажды, разговор зашел в тупик:
– А ты не собираешься ко мне приставать?
– Нет. Твоя девственность – твой оберег.
– В смысле?
– В прямом. Кто из нас девственница и должен это знать? – дежавю. Недавно такое я спрашивала его. – Говорят, они всегда остаются в живых, в случае жопы вселенского масштаба. Поэтому, Элизабет, я согласен на секс после свадьбы.
Иногда мне жуть как хотелось соврать о том, что я массажирую Кротову спину и вообще он ко мне пристает, но всякий раз ловила себя на мысли, что это к хорошему не приведет.
Итого, за пять дней работы медсестрой у Даниила, помимо того, что у него шикарная попа, мне удалось узнать, что рядом с ним почти всегда есть ноутбук, в котором хранится явно что-то важное, а также сейф. В его кабинете мне удалось побывать уже трижды. И мне совершенно непонятно, зачем именно там делать капельницы.
Сегодня уже шестой день и снова его кабинет. Сейчас он смотрит на меня как-то особенно странно.
И впервые за все время, он подходит к сейфу и демонстративно его открывает. Мне показалось или он реально начал набирать дату рождения своей погибшей жены? Уж ее то я успела узнать.
– Держи. Я совсем забыл о гонораре.
– А не жирновато ли?
– А ты договор читала внимательно?
– Ну нет, конечно. Кто-то его читает?
– Например, я.
– Ну вот поэтому вы и стали богатым, а я нет. Все по-честному. Ну что, делаем капельницу?
– Нет. Я не хочу капельницу.
– А что хотите?
– Сам не знаю, – задумчиво произносит он, потирая подбородок.
Давай так: я заеду за тобой часам к шести вечера. Надень черное короткое платье и никакой помады. Обещаю не убивать, не насиловать, не трогать, если ты сама этого не захочешь. Я про трогать. Договорились? – молчу, не зная, что сказать. Я совершенно не понимаю, что ему от меня нужно. – Ты хочешь что-то спросить?
– А вы на учете в псих диспансере не состоите?
– Нет, – едва сдерживая улыбку выдает Даниил.
