Пробежка, однако, не избавила его от гнетущего чувства тревоги. В общежитие Нил вернулся в еще более мрачном настроении. Он попытался отвлечься, раскладывая вещи по местам, но в итоге стал просто мерить комнату шагами с пустой спортивной сумкой в руках. На пятом круге он понял, что больше не выдержит. Упал на колени, рывком открыл ящик комода и торопливо запихал в него немногочисленные шмотки, которыми был замаскирован сейф. Набрал нужные цифры, открыл кодовый замок и, судорожно пошарив внутри, извлек папку. Нил перечитал ее от корки до корки, заново все проверяя и пересчитывая.
Не следовало ему заселяться в общагу. Нужно было драпать сразу, как только он узнал о смене округа «Воронами» и выяснил, что представляет собой клан Морияма. И уж тем более нельзя было задерживаться после того, как Эндрю порылся в его сумке, пускай он пока никак и не отреагировал на находку. Возможно, Миньярду не хватило ума разобраться с чеками, или же он захлопнул папку, как только увидел, что почти вся она посвящена Кевину и Рико, но в любом случае не найти деньги он не мог.
По всей видимости, этот козырь Эндрю бросит ему в лицо позднее.
Паника велела Нилу уносить ноги, однако он не двигался с места. Другой, более спокойный внутренний голос удерживал его от бегства. Нил помнил нервный срыв Кевина в квартире Ваймака на прошлой неделе. Ужас, обуявший тогда Кевина, поразил его в самое сердце, ведь это чувство он знал по себе. Просыпаясь утром, Нил заново учился дышать. Каждое утро он тратил две минуты, чтобы прикинуть свои шансы попасться, оценить плюсы и минусы текущего местонахождения и побороть собственный страх.
Испытывал ли Кевин то же самое? Тот безжизненный взгляд, который он сегодня устремил на Эндрю, Нил часто видел в зеркале. Как только Нил прекращал играть роль, как только переставал думать о том, что за ним следят, и отбрасывал спасительное прикрытие лжи, на его лице появлялось точно такое же выражение – другого и быть не могло.
Он убрал папку в сейф и достал из кармана пачку сигарет, купленную в магазине.
Подошел к окну, открыл две защелки и поднял раму до самого верха. Москитная сетка мешала выглянуть наружу; Нил надавил на нее головой так сильно, что сетка затрещала. После зажег сигарету и стал смотреть на ее тлеющий кончик. Едкий запах дыма и мерцание огонька немного успокоили нервы, но привычная безмолвная скорбь, навалившаяся следом, еще больше разбередила душу."
"Они с Кевином во многом походили друг на друга, и все-таки их отделяла целая пропасть.
