Он пойдет ва-банк, позволит «Воронам» раздавить нас на поле, соберет урожай побед, вознесет Рико на пьедестал как лучшего игрока всех времен и народов, а Кевина спишет в тираж.
Нил нервно сглотнул.
– Что, если Тэцудзи просто-напросто запретит ему играть?
Ваймак молчал, казалось, целую вечность, потом наконец произнес:
– Кевин решился на побег только из-за сломанной руки. Поступок Рико стал последней каплей. Это дает мне основание надеяться, что Кевину хватит мужества противостоять и Тэцудзи, хотя столь же вероятно, что мы больше никогда не увидим его с клюшкой.
Но в тот день, когда Кевин Дэй перестанет играть, он умрет. У него ничего нет, кроме экси. В жизни он умеет только одно: играть. Его так воспитали, понимаешь? А потому мы не имеем права проиграть «Воронам». Кевина это убьет.
– Но ведь обыграть их нереально, – сказал Нил. – Мы худшая команда в стране.
– Значит, пора перестать быть худшими. Пора взлететь.
– Вы же на самом деле не верите, что у нас получится.
– Если ты сам в это не веришь, что ты здесь делаешь? Ты не стал бы подписывать контракт, если бы заранее опустил руки.
– Ваймак повернул голову. – Я должен присмотреть за Кевином, а то еще вздумает вены вскрыть. Сейчас, наверное, лучше, чтобы он тебя не видел. Могу попросить Эбби заехать за тобой, если хочешь поболтаться с ребятами. Только уговор: до июня с командой эту тему не обсуждать. Мне нужно подумать, как нам продержаться в этом сезоне.
– Я буду молчать, – пообещал Нил и отступил на несколько шагов.
– Обо мне не беспокойтесь – я схожу на пробежку или еще как-нибудь себя займу.
– К четырем Кевина здесь не будет, – сообщил Ваймак. – В это время у Эндрю заканчивается сеанс с психологом. Ники поедет за ним в офис Бетси и по дороге подхватит Кевина.
Кивнув, Нил вышел из квартиры и спустился по лестнице на первый этаж. Еще недавно он боялся, что Кевин вспомнит парнишку, чей отец – жестокий убийца, но все оказалось гораздо хуже. Кевин может помнить его потому, что сам принадлежит к не менее чудовищной семье.
Воспоминаний о клане Морияма у Нила не осталось, а вот они определенно могли его запомнить, если вели дела с отцом. Балтиморского Мясника так просто не забудешь, как и его жену, которая сбежала вместе с их единственным сыном, прихватив пять миллионов долларов. Мясник поставил на уши всех своих людей, и его ищейки долгие годы гонялись за беглецами. Об этой истории слышал весь криминальный мир.
