– Правда, – произнес Эзер, не поведя и бровью.
– Не было помолвки! – напомнила я.
– Но вязь-то есть. Не обручили семьи, так это сделали сами небеса, – кинул он контраргумент и внаглую уставился на мое запястье. – Ты глянь, какая явная.
– Тише ты! – снова зашипела я, оттягивая рукав и нервно проверяя, не заметил ли кто.
– Хочешь скрыть?
– Если скажу, что да, поможешь? – скептически спросила я.
– Что, быть истинной стыдно? – Дракон прищурился. – Вообще-то, нормальные ведьмы этим обычно хвастаются.
– Просто не хочу, чтобы толпа твоих почитательниц оторвала мне руку в целях присвоить эту самую метку! – пробурчала я.
– Это так не работает. – Эзер усмехнулся.
– Знаю, но они все равно готовы!
– Боишься?
– Вот ещё! Буду я бояться твоих девиц, – фыркнула я, демонстративно отвернувшись.
Совершенно не видела его лица, но знала, что на нем сейчас красуется самая настоящая самодовольная ухмылка.
– Ревнуешь? – Даже в его голосе прозвучали ноты веселья.
Да, ревную, дракон меня за ногу! Ещё как ревную! И ничего с этим поделать не могу.
– Больно надо! – зашипела я.
– А ты очень милая, когда ревнуешь. – Мужчина еще больше оживился. – Только сильно не надо, ладно? А то вдруг задохнусь.
– Да я сама тебя сейчас придушу! – Я рассердилась вконец. – Так ты поможешь мне или нет? Сам-то свою метку скрываешь!
– По службе положено. Чтобы никто из врагов на мою истинную не охотился, пока женой не станет и под защиту мою не попадет.
– Резонно прозвучал ответ.
«Не стану!» – хотела прошипеть я, но промолчала. Чего толку орать одно и то же, если все равно не слышит?
– Значит, не поможешь. Ладно, сама справлюсь!
– Да погоди ты, – выдохнул Эзер, произнес заклинание невидимости, и метка тут же стала таять.
– Ты же сказал, что в Академии это не работает! – Я выпучила глаза.
– С мелкими предметами работает. – Дракон пожал плечами, а затем глянул на хронометр и добавил: – Ладно, жёнушка, не скучай и не броди одна.
У меня ещё дела.
Сказал он и был таков.
Ушел, довольно улыбаясь, а я тут чуть не взрывалась от его «женушка». Стихии, да у меня сейчас лицо расплавится от красноты.
Умеет же этот чешуйчатый выбить из колеи. Что бы его! Или что б меня?
Еще недавно это слово не вызывало внутри ничего, кроме раздражения, а теперь все переворачивается и сжимается от трепета. Зардею как школьница на первом свидании.
