Из-за жара его взгляда и образов, которые сейчас крутятся в моей голове, мне приходится сжать бедра, чтобы вернуться к реальности.
— Поттер, — приветствует он меня.
Я на мгновение закатываю глаза, глядя на него. — В последний раз говорю, что Гарри Поттер не жил на чердаке. Он жил под лестницей.
— Кто тогда жил на чердаке?
Я собираюсь сказать никто и положить конец его непрекращающейся потребности высмеивать мою спальню, когда Мали отвечает за меня.
— Миссис Рочестер.
Он приподнимает бровь. — Предполагается, что я знаю, кто это?
Она вздыхает, как будто незнание классической литературы оказывает человечеству медвежью услугу.
— Она персонаж книги Шарлотты Бронте Джейн Эйр, — объясняет она. — По сути, она сумасшедшая женщина, которая живет на чердаке. Некоторые даже называют ее демоном.
Хейс ухмыляется и переводит свое внимание с нее на меня. — Что ж, это подходит.
— Она сумасшедшая! — спорю я, но это было неправильное высказывание.
Он светится, как гребаная рождественская елка. — Еще лучше!
Я медленно качаю головой.
— Ты мертв для меня.
Он кладет руку на грудь. — Но я твой любимчик.
— Кто, черт возьми, это сказал?
Оглядываясь по сторонам, он бросает взгляд на всех остальных парней, а затем возвращается ко мне. — Конкуренция не очень жесткая.
Ладно, справедливое замечание, но я не могу позволить ему так легко победить.
Я обдумываю свои варианты и решаю пойти с тем парнем, который ему нравится меньше всего, но которого он терпит ради команды. — Айзек. Ты мой новый фаворит.
У Хейса отвисает челюсть, когда Айзек поднимает свою бутылку пива. — Твое здоровье, чувак.
Как бы отчаянно это ни звучало, я втайне тоскую по этим фальшивым маленьким спорам, в которые мы ввязываемся. Это единственный раз, когда мы по-настоящему разговариваем, и, к сожалению, та часть меня, которая вписывает мое имя в его фамилию, заберет все, что сможет получить. Излишне говорить, что она и я, которая ненавидела его до глубины души с тринадцати до пятнадцати лет, не ладим.
— Подожди, черт возьми, минутку, — возражает Лукас.
— Почему, черт возьми, ему позволено связываться с Лейкин, а нам нет?
Хейс смеется, и мне требуется все, что у меня есть, чтобы не потеряться в этом звуке. Тем временем Кэм подбрасывает еще одно полено в огонь и садится обратно."
"— Потому что Хейс знает свои границы. Есть разница между тем, чтобы шутить с ней и приударить за ней. — Наступает короткая пауза, прежде чем он добавляет: «И он нравится мне больше, чем ты».
