Мы переносим доски для серфинга прямо на песок и укладываем их так, чтобы Хейс мог натереть их воском. Тем временем я достаю из сумки полотенце и расстилаю его, чтобы было где присесть. Сняв футболку и шорты, я начинаю наносить солнцезащитный крем, когда понимаю, что Мали здесь нет, чтобы обработать мою спину.
— Детка? — Он поднимает глаза от доски при звуке моего голоса. — Не мог бы ты нанести это на мою спину?
Ухмыляясь, он подходит и берет у меня крем для загара. — Натереть тебя своими руками? Как я могу от этого отказаться?
При первом прикосновении к моей коже он холодит ее, но чем больше он втирает его, тем лучше я себя чувствую.
Он начинает массировать мне спину, а его губы переходят на шею, целуя те места, которые, как он знает, у меня наиболее чувствительны.
— У тебя однонаправленный ум, — напоминаю я ему.
Он улыбается, перемещая руки на мой живот и притягивая меня к себе. — Ты уверена, что это плохо?
Нет, потому что это никогда не бывает плохо. Но я наслушалась от Мали достаточно ужасных историй о сексе на пляже.
Песок попадает туда, куда не надо, и это не совсем то, чего хотелось бы.
Но Боже, как же заманчиво просто упасть на него, когда он вот так прикасается ко мне.
Заставив себя двигаться, я убираю его руки и встаю. — Пойдем поплаваем со мной.
Он издал нечто среднее между смехом и стоном, когда я начала спускаться к воде, но когда я обернулась, он все еще стоял там, где я его оставила.
— Ты идешь? — зову я.
Он заставляет себя подняться и ворчит под нос.
— Надеюсь, что скоро."
"— Я это слышала, — говорю я с усмешкой, и решительный взгляд его глаз говорит мне, что я должна бежать.
Хейс срывается с места и начинает преследовать меня, пока я бегу в воду, и я совершаю ошибку новичка, оглядываясь назад. Его руки обхватывают меня за талию, приподнимая, и я визжу. Вода холодит ноги, и, когда он подбрасывает меня в воздух, я готовлюсь к удару.
Если бы кто-нибудь увидел, как мы плещемся и играем друг с другом, он бы, наверное, подумал, что мы просто влюбленная парочка.
Потому что, когда мы одни, нет причин думать иначе.
Он обнимает меня так, как это делает парень.
Целует меня так, как должен целовать парень.
И иногда я позволяю себе притвориться, что нет миллиона препятствий на пути к тому, чтобы мы стали этой парой.
Мы останавливаемся, чтобы перевести дух, когда Хейс ныряет под воду. Когда он всплывает, то двигает головой так, что его волосы откидываются в сторону, а вода брызгает с них.
