Но оказалось, что рукоять отнималась от короткой гарды и на свет вытаскивался короткий small wand. Уж не знаю, кому понадобилось прятать деланное орудие внутри клинка, но я не мог пройти мимо. Отличный инструмент будет для Кижа, как раз в его стиле!
Ателье мы посетили больше ради Тани. С неё сняли мерки, и старый портной обещал в течение недели сшить три наряда. Мне тоже заказали два новых камзола — со всеми нашими приключениями одежда слишком быстро приходила в негодность.
Отвезти нас в лавку древностей я просил, скорее, для разнообразия.
Ну и купить какие-нибудь забавные сувениры для моих домашних. А следом мы надолго застряли в «лучшей ювелирной мастерской», как назвал её Пуччи. Впрочем, Таня вовсе не выбирала себе украшения, как могло показаться со стороны. Мы ещё утром договорились — она постарается найти серьги, броши и перстни с камнями особой чистоты. Но не для красоты, как должны были подумать окружающие, а для создания защитных амулетов. Знаки и Печати отлично ложились на драгоценные камешки, а её давно интересовала возможность нанесения особо мелких плетений needle wand’ом.
Пока Таня была занята с ювелиром, мы с Пуччи сидели в специальном месте для ожидающих мужчин и пили кофий. Чтобы скоротать время, я завёл разговор с Эмилио. С нотками иронии в голосе он рассказал историю своей семьи. Прошёлся по родственникам, подтрунивая над ними и насмешливо рисуя каждого. Аристократы, торговцы, дипломаты, союзники знаменитых Медичи, немного авантюристы и путешественники. Эту историю можно было записать в виде многотомного приключенческого романа.
Вот только о себе молодой Пуччи не сказал ни слова.
— А вы, Эмилио? — спросил я его. — Неужели у вас, представителя столь славного рода, не найдётся несколько собственных интересных историй?
— Увы, — Пуччи грустно улыбнулся, — я очень скучный член семейства.
— Ни за что не поверю!
— Это так, князь. Я поздний ребёнок, к тому же родившийся слабым и болезненным. Меня ограждали от всех неурядиц, выращивали, словно диковинный цветок в оранжерее.
Отличное образование и манеры, я вхож во все дворянские дома Флоренции. Но в серьёзные дела рода меня не посвящали, чтобы не повредить моей ранимой натуре, — он горько усмехнулся. — А сейчас, когда родители умерли, другие родичи не спешат поделиться со мной опытом — у них есть свои наследники. Так что я в нашей семье самое бесполезное существо, вроде комнатной собачки. Показываю забавные трюки, развлекаю гостей, но не более. Знаете, я завидую вам, князь.