Север обнял её и легонько коснулся губами волос, что пахли сиренью, он задержался там всего на секунду, и она отпрянула от него, положив ручки на плечи и преданно заглядывая в глаза.
- Любимый, надо будет отметить! - сверкнула она глазками. - Я никогда ничего не выигрывала!
- Конечно, дорогая, отметим."
"Север больше не позволил ей делать ставки, не стоит воспитывать в ней жажду лудомании. Демоница просидела до конца скачек, как в попу ужаленная, вскакивала каждый раз, когда обстановка на поле между лидерами забегов накалялась.
Морозов улыбался себе под нос, её большой выход в высшее общество низкой пробы удался. Она обращала на себя внимание, и Север, наконец, понял чем именно, кроме очевидной бросающейся в глаза красоты.
Среди пластмассовых кукол с безжизненным овалом лиц, которые отражали пренебрежение ко всему, что видели, потому как видели они это в сотый раз, Кира выделялась ярким и живым интересом, что будто струился из глаз, а улыбка не покидала её лицо. В этом обществе мёртвых прозаиков жизни она была живой, пока ещё живой.
Её пока не убили ни цинизм, который пропитал всех пресытившихся людей вокруг, ни шкурный интерес, ни все прелести сытой и богатой жизни, что как правило скатывается во вседозволенность и развращение. Кира была свежим цветком розы, что к концу сезона либо раздаст шипы по почкам всем, кто посмеет нарушить ее личное пространство непрошеными советами, пытаясь указать на ее несоответствие стандартам, принятым среди них, либо вольется в общество пластмассовых людей с пластмассовой жизнью.
Север отчего-то был уверен, что она выберет первый вариант, какой вариант был у него, он не знал. Он принимал многие правила игры, установленные порядки, но старался не скатываться в излишки жизненных благ и разврат. Север придерживался строго распорядка дня и спортивной дисциплины не просто так, а чтобы не давать себе расслабляться, кроме того он избегал излишеств в еде и женщинах, со вторым получалось не всегда. Секс был для него способом снятия стресса и напряжения, никаких чувств кроме облегчения он ни во время, ни после не чувствовал, давно отсутствовала и эйфория после завоевания недоступной женщины.
Север не понимал, почему. Потому ли, что все женщины вокруг него были доступны? Или он стал настолько жирным куском, что все женщины были рады откусить хоть кусочек от него?
- Север, всё закончилось, что теперь?
Задумчивый мужчина отвлекся от своих мыслей и взглянул на жену, что смотрела на него грустными глазками.
