Может, надо как-то с Машей объясниться? После своего резкого побега с вечера в башне, Север с ней не общался, да и о чём? Расстались ведь по-хорошему, что выяснять?
*****
Маше, как оказалось, было что ему сказать, она назначила встречу на следующий день и не стала ходить вокруг да около.
- Я беременна. Буду рожать, от тебя ничего не нужно, если хочешь быть отцом, то я не возражаю.
Север в это время хотел головой об стол биться, пока лоб не разобьёт. Был у него один сын, за неделю резко стала плюс два ребёнка, один пока только в зародыше.
- Мы ведь предохранялись. Ты была на таблетках. - осторожно напомнил он.
- Ты меня в чём-то обвиняешь? - презрительно приподняла брови Мария и резко подорвалась со стула. - Отлично, вопрос твоего присутствия в жизни твоего ребёнка резко отпал. Тем более у тебя уже есть. Всего хорошего.
Север после этого удара по голове отправился к единственному человеку, который мог, может, и не поддержать его от всей души, но постебаться и поднять настроение.
Сын его надежды оправдал.
- Ну, пап, что тебе сказать - чекать надо презик на предмет прокола, а лучше вообще в девушку не кончать. Я вот с Оксаной только ПА практикую, и в ересь про таблетки не верю, как бы она широко ноги не раздвигала. - похлопал Дима по плечу отца. - Я с ней расстаться, кстати, хочу, ей идти некуда и квартиру не потянет, как-то пока жалко её.
Северу было жалко себя, как он умудрился так опростоволоситься, сначала четыре года назад, а теперь с Машей.
Наверное, это бумеранг - летел четыре года и вот ударил, сразу два.
- Когда меня с крейсером Авророй познакомишь?
- Приходи завтра на ужин.
*****
Колючий ёжик Кира исподлобья поглядывала на старшего брата своей дочери и молчала, пока он интересовался Авророй и её детскими делишками. Север также молчаливо сидел во главе стола, как патриарх семьи Морозовых, только вот все в его семье носили не его фамилию. Сын отказался возиться с документами и жил с фамилией матери, эта мадам отказалась от его фамилии после развода.
Дима пытался заговорить и с Кирой, но она односложно отвечала и говорить явно не желала. Она отвыкла от людей, особенно от мужчин. Хотя с ней пытались познакомиться, даже пытались ухаживать, даже не смотря на наличие ребёнка, но с теми, кто был её возраста ей было откровенно неинтересно, а от тех, кто постарше, она стараласьсь держаться подальше.
