После подачи заявления сразу в Веронику пошёл присовывать? Других что ли не нашлось баб вокруг получше?
- Не слезал бы и неделю с меня, да мне надо было в Женеву слетать на свадьбу к подруге, только вернулась, две недели там тусили, а ты чего? Тоже тусишь по случаю развода?
- Две недели? - пробормотала Кира и её глаза налились кровью.
Она резко схватила Веронику за затылок и шибанула лбом о зеркало умывальника. Оно пошло мелкими трещинами, а Кира прижала Веронику к зеркалу щекой, по лбу у неё стекла струйка крови.
- Не беси меня, Вероника и просто отвечай на вопросы, иначе лицо на лоскут порежу. Когда это было и где? - тихо спросила Кира, радуясь, что свидетелей преступления в туалете пока нет.
Вероника захныкала и назвала точные даты, Кира отпустила её и похлопала по спине.
- Всё норм, Вероника, мы с ним не спали после тебя, значит, я ничем не заразилась. Бухай дальше, рожу только умой.
Кира спокойно вышла из дамской комнаты, подошла к администратору и заплатила за разбитое зеркало, затем она вышла из ресторана без верхней одежды, завернула в тёмный переулок и написала сообщение любовнице Пети, помощника своего мужа, та через него узнала нужную ей информацию в течение получаса за скромные сто тысяч рублей на карту.
Доверяй, но проверяй... Север, прежде чем вернуться домой, гульнул на полную катушку, а потом как ни в чём не бывало сказал жене - «Кира, я погорячился, извини... Тебе не нужно никуда уходить...».
Она не могла никак вдохнуть в себя воздух, только открывала рот и нервно всхлипывала, прижав ладони к груди, ей хотелось её расцарапать, чтобы начать, наконец, дышать.
Кира не знала, что быть ненужной не так больно, как тот факт, что тебя уже заменили другими женщинами, много раз, а потом извинились и предложили жить дальше. Раньше ей казалось, что женщины слишком драматизируют насчёт измен. Ну, подумаешь, потыкался членом в другую, инстинкт, не более... Теперь она всё поняла... Это больно... Мерзко и отвратительно... Она его полюбила, а он ею попользовался, и пользовался бы дальше, сказав дежурное извини, а Кира бы так и не поняла за что он извиняется на самом деле.
- Кирюш, тебе плохо? - потрепал её за плечо Эдик. - Ты что тут делаешь? Тошнит?
- Э-ддд-ик... Поч-ч-чему т-т-так больно? - проклацала Кира зубами, глядя на него заплаканными глазами.
Он даже ничего не спросил, ему всё было понятно без слов - женщина страдает.
- А как ты хотела, дорогая? - вздохнул он, обнимая её дрожащее тело. - Love hurts...
