Девочка, которая никогда толком не знала, что значит тепло родных объятий и незаметно для себя искала их у всех, кто готов был её обнять, не пытаясь залезть при этом в трусы, вдруг оказалась в объятиях у того, кого почти презирала. И там было почти также приятно, как у Севера.
- Я приходил к твоему отцу, ещё до первого мужа, а потом после... Ты могла стать моей женой и не пришлось бы тебе всего этого делать... - глухо сказал он, не выпуская её из объятий, да она и не стремилась его отталкивать.
- Я не хочу быть ничьей женой.
- тихо сказала девочка, уткнувшись ему в плечо лбом.
- Я знаю... понимаю, но иногда надо делать то, что не хочешь, чтобы получить то, что хочешь больше всего на свете. Но спать с ним к этому не относится. Привыкнешь - и из этого будет уже не выбраться... Бывших шлюх не бывает, что бы они там себе не думали.
Филин тяжело вздохнул и прикоснулся губами к её виску, Кира подняла на него глаза и задержала дыхание - ей захотелось вдруг его поцеловать. Ей показалось, что он хочет того же самого, с одним только отличием - поцеловал он её в лоб, как муж в день свадьбы.
- Я вам не мешаю? - сказал ледяным тоном тот самый муж где-то рядом.
Кира боязливо взглянула на Филина, что лишь усмехнулся, быть пойманным с чужой женой ему было не впервой.
- Ой, как нехорошо получилось. - оскалился он.
Морозова высвободилась из его объятий и отступила на шаг, боясь взглянуть на мужа, чей образ во время всей этой сцены даже не всплыл на задворках сознания. Филин же будто надел привычную маску хамоватого прожигателя жизни.
- Мы же не будем здесь семейную сценку ревности разыгрывать? - вскинул руки Филин, с насмешкой глядя на Севера. - Вы же не семья даже, у вас фиктивный договорной брак.
- С чего ты взял? - процедил сквозь зубы Север.
- Так мне твоя жена сказала, когда мы... Ну, не важно. - махнул рукой Святослав и стал очень серьёзным. - Вы что-то заигрались, господа хорошие, и мне это уже надоело, потому давайте сразу к делу...
Он протянул руку к Кире, она взглянула на его ладонь, потом на Филина, затем на мужа.
- Хватит быть его ручной обезьянкой! Ты не его жена и не его собственность! - повысил голос Филин, сверкая глазами в темноте. - Больше никаких скачек, чёртовых светских раутов и презентаций, и уж тем более свингерских вечеринок! Тебе не надо будет светить сиськами, чтобы подразнить его врагов! Я обещаю тебе - ты получишь то, что хочешь!
- Я итак получу... В октябре... - тихо возразила она.
