Ты своей убийственной логикой кого угодно запутаешь и с ума сведешь. Заранее соболезную всем твоим врагам. Жаль их, бедолаг.
Вот как дракону постоянно удается все настолько ловко вывернуть, что я в итоге начинаю чувствовать себя, если не полной дурой, то очень близко к этому?
— Вы все неправильно поняли, — засопела сердито. — Я…
В этот момент Тейдж, все еще удерживая меня, чуть развернулся, взмахнул свободной рукой, и с его ладони сорвался крошечный огненный сгусток. Через мгновение в темном камине вспыхнуло пламя, отбрасывая причудливые тени на стены, мебель, лицо Бастиана, рубашку, аккуратно заправленную в мягкие домашние брюки…
Если учесть, что сейчас глубокая ночь, как справедливо заметил магистр, выглядел он, по меньшей мере, странно.
Неужели, еще не ложился? Чем же он тогда занимался здесь в полной темноте и тишине?
И, конечно, я просто не могла обойти этот факт вниманием и промолчать.
— А почему вы все еще одеты? — брякнула я прежде, чем успела толком подумать.
Ну, да, язык — мой первый враг.
Особенно при встречах с драконом.
— Действительно, чего это я? — с нездоровым энтузиазмом согласился магистр. — Ко мне долгожданная гостья пожаловала, а я не подготовился, как следует. Даже раздеться не соизволил. Некрасиво с моей стороны. Невежливо. Каюсь, извиняюсь и постараюсь поскорее исправить это досадное недоразумение. Поможешь снять рубашку? Заметь, на брюках не настаиваю…
Горячие пальцы нежно погладили меня по пояснице, вычерчивая загадочные обжигающе чувственные узоры.
— А я с удовольствием спасу тебя от розового ужаса, в котором ты с завидным упорством передо мной красуешься.
Пусть тому, кто придумал это чудо, его ящерицы-мутанты до конца дней в кошмарах являются. Мне, конечно, приятно, что ты помнишь о нашем споре, но, поверь, без пижамы тебе гораздо лучше. Ну что, выручим друг друга, поможем избавиться от лишней одежды? Тем более, она нам сейчас не нужна и в ближайшее время точно не понадобится. М-м-м, Райлин?
Ой, мамочки!
— Это не ящерицы, а драконы, — возразила я скорее по привычке.
И еще для того, чтобы отвлечь Бастиана, который слишком уж пристально изучал мой рот. Гипнотизировал его, так, что кожу ощутимо покалывало. Нервно прикусила нижнюю губу, онемевшую под оценивающим взглядом, и глаза магистра мгновенно потемнели, вспыхнули золотом, а зрачок по-звериному вытянулся.
Красиво.
Завораживающе.
Страшно.
Я вздрогнула и поспешно выпалила:
— И вообще, не понимаю, о каком споре идет речь?
— Ну как же… — хмыкнул Тейдж.
