По крайней мере, пока Инир не сделает амулет. Слова у подруги редко расходились с делом — она тут же сдвинула кровати, и теперь даже во сне крепко держала меня за руку.
Рыжему не сразу удалось усыпить бдительность лорда Ньоги и позаимствовать из семейной лаборатории нужную заготовку. Еще какое-то время ушло на то, чтобы настроить ее на меня и все подготовить. Наконец, через четыре дня ночью мы, дождавшись, пока Теа, Леа и соседи Инира уснут, прокрались в одну из лабораторий и провели ритуал.
Новоявленный артефактор, велев расстегнуть верхние пуговицы на платье, специальным раствором нарисовал на моем теле чуть выше сердца несколько вложенных одна в другую рун.
Потом под бдительным надзором Марты, которая не сводила с сокурсника настороженного взгляда, начал что-то бормотать. С последним словом рыжий быстро впечатал в центр узора маленький круглый амулет. Руны ярко вспыхнули, словно начертанные живым огнем, артефакт медленно впитался под кожу, и рисунок погас. Через минуту от него и следа не осталось, а амулет не прощупывался даже при надавливании.
— Готово, — Инир облегченно сдул челку, которая упала ему на глаза, и улыбнулся. Довольно и немного устало. — Мне еще некоторое время придется понаблюдать, как артефакт приживается. Но ритуал, в любом случае, прошел успешно. Теперь спонтанные переносы тебе не грозят.
Переносов, действительно, больше не было. Зато появились сны. И трудно сказать, что оказалось хуже.
Первое видение пришло в ночь после ритуала, и с тех пор они повторялись регулярно.
Я видела Тейджа. Он стоял, сжав кулаки, и смотрел на меня. Просто стоял и смотрел. Сосредоточенно. Яростно. А потом его сменял дракон — огромный, черный, невероятно красивый дракон с золотыми глазами. Я никогда не встречалась с Мраком, но почему-то ни секунды не сомневалась, что это именно он. Зверь Бастиана.
Дракон тоже молчал и тоже смотрел, но, в отличие от магистра, не сердито, а печально-вопросительно. Так и казалось, что он сейчас откроет пасть и обиженно спросит:"
"— Кто носил мой плащ и смял его? Кто нагло заныкал мои тапочки и до сих пор не вернул их?
Я все пыталась возразить, что драконы вообще тапочек не носят, но, сколько ни открывала рот, не могла издать ни звука, и лишь виновато разводила руками.
А наутро просыпалась невыспавшаяся и расстроенная. Было жалко Тейджа, дракона, потерявшего свое сокровище, но больше всех — себя.
Хост бы побрал этот экспериментальный амулет. Уверена, все дело именно в нем.
