Когда мы оторвались друг от друга, Марты в комнате уже не было. Она ушла, плотно закрыв за собою дверь.
Моя заботливая Тень.
— Баст, что ты здесь делаешь?
— С тобой все в порядке, Лина? — как всегда вопросом на вопрос ответил дракон. Впрочем, похоже, я уже привыкла к этой его манере.
— Да, все замечательно. Правда, замечательно, — улыбнулась я в ответ на его недоверчивый взгляд. — Долго я пролежала без сознания?
— Три дня. Этот гаденыш обездвижил тебя заклинанием магического аркана. Мерзкая штука, она мгновенно опустошает резерв и начинает медленно высасывать силы, после нее даже бывалые воины неделями с постели не встают.
И откуда только мальчишка его узнал? Не иначе мамаша подсказала. Жаль, выжил поганец, целители вовремя подсуетились, — Тейдж стиснул зубы так, что на скулах выступили желваки. — Ну ничего, Клемор им займется — он так на этого Скера смотрел, что даже мне не по себе стало. И принц Алистер от герцога не отставал. А ведь наследник один из сильнейших некромантов, насколько мне известно.
Я невольно поежилась. Мне не было жалко Натана, но не хотелось, чтобы родные марали руки его кровью. Пусть с ним и магистром Фаерай суд разбирается — по справедливости.
— Получается, я еще легко отделалась?
— Да. Помог твой алоцвет. И Тактар, который за день умудрился приготовить для тебя свое фирменное лечебное зелье.
— Поблагодари его от меня.
— Кстати, он передавал тебе привет.
Мы заговорили одновременно, и так же одновременно замолчали, встретившись взглядами. Изучая, заново узнавая друг друга.
— Ты ведь видишь мое настоящее лицо? Даже здесь, во дворце? — я не спрашивала — утверждала.
— Разумеется. И всегда теперь буду видеть. Обряд в храме Лунной девы связал нас сильнее, чем иных родственников. Даже амулет Дагвинов признал это… Ваше высочество, Авелина Дагвин Сурийская.
— А ты?.. Антэш Анхагар? Верно? — в тон ему подхватила я.
— Увы, у каждого из нас свои недостатки, — согласился этот невозможный дракон. И подмигнул.
— Что ж, будем знакомы, мой принц.
Я изобразила самую светскую из своих улыбок. Вернее, попыталась изобразить, потому что Бастиан снова обнял меня и накрыл мои губы своими.
Поцелуй, еще один, еще, и еще… А потом горячий шепот у самого моего рта, пока я не успела опомниться:
— Мне все равно, кто ты — принцесса, королева, да пусть даже сама богиня. Правда, все равно. Но, пожалуйста, для меня оставайся Линой. Она мне больше всех этих высокопоставленных особ нравится.
— Мне тоже, — хихикнула я.
