Непричесанная и в одежде с чужого плеча.
Нет уж, я не враг самой себе.
Оставался другой путь — пробираться через учебный корпус.
За этим поворотом должна быть дверь, соединяющая преподавательское крыло с основным зданием. Старшекурсники говорили, что здесь все, как у нас — изнутри легко открывается, а сюда пропускает только по отпечатку ауры. И дежурных нет.
Решено, пробегу через «учебку». Сейчас рано, даже сигнала к пробуждению еще не давали, в корпусе, наверняка, никого. Прошмыгну быстренько по этажам и в наше крыло зайду.
Вот и дверь.
Остановилась, выдохнула и нажала на ручку. Открыто. Я даже на месте подпрыгнула от восторга.
Но радость моя оказалась недолгой.
О том, что что-то не так, я стала подозревать буквально через мгновение, когда на меня обрушился сигнал к пробуждению. Именно обрушился! Вместо мелодичного перезвона волшебных колокольчиков, каждое утро поднимавших настроение и наполнявших душу бодростью и весельем, помещение огласил громоподобный рев обезумевшего от ярости зверя.
Иного сравнения не подберешь. Я даже присела от неожиданности. Потом опомнилась, закрыла уши и бросилась вперед.
Да что это с нашим ректором? Зачем он сигнал поменял?
Ой, и стены перекрасил…
И мебель обновил?..
Гм... Лестницы передвинул?..
И все за одну ночь?!
Когда навстречу стали попадаться редкие пока еще адепты в странной форме, я замедлила шаг, затем разглядела эмблему на мантии одного из них и вовсе замерла. Поколебалась, подошла к окну, выглянула наружу, и взгляд тут же уткнулся в гигантскую статую.
Не знаю, сколько я так простояла, с ужасом рассматривая величественного бронзового дракона, горделиво раскинувшего крылья посреди двора. Осмысливая простую истину.
Я не в Асавайне.
Но это еще полбеды. Да, Хост побери, это совсем не беда.
То, что я ночью прыгнула в чужую академию — ерунда. Я ведь умудрилась открыть портал в другую страну. Нет, не просто в другую страну — в Этхор, к драконам. К драконам! Нашим заклятым и непримиримым врагам, с которыми мы уже не один век с переменным успехом воевали.
— Адептка! — резкий окрик плетью хлестнул по обнаженным нервам. — Что вы здесь делаете?
Напряглась, пытаясь сообразить, что же сказать не в меру настойчивому «прохожему» и стоит ли вообще отвечать. Или лучше претвориться глухой, немой… ну и слепой, на всякий случай.
— Адептка!
Вот ведь настырный какой. И чего пристал? Я ведь никого не трогала, никому не мешала, ну и шел бы себе дальше, так нет же, зацепился.
