"
"Само собой, знатного гостя пригласили к столу. Обычно я за ужином молчу, барон тоже не особо словоохотлив, зато баронесса с детьми часто болтает без умолку. Теперь все иначе. Над столом царит напряженное молчание. Ансона уткнулась взглядом в тарелку, Эндрю мрачен, хмурится и с момента своего появления в доме произнес от силы пару слов. Супруги Ольтон то и дело пробуют заговорить с герцогом, но то и дело тушуются от одного только взгляда на грозного ректора. Поймала себя на мысли, что мне нравится, как Кэнтербоджи действует на моих родственников.
Так спокойно сразу стало, ужин проходит в приятной тишине. Нет, все же пару раз разговор завязывался, но почти так же быстро увядал. Ольтоны наверняка гадают, зачем пожаловал герцог.
В конце ужина мужчины надолго уединились в кабинете барона. Ансона нервно ходит по гостиной из угла в угол.
— Мама! Он хочет сейчас попросить моей руки! — плачущим истеричным голосом произносит Ансона.
— Ну что ты, детка, он не станет.
Брачный сезон только начался, это дурной тон, — как может, успокаивает дочь баронесса.
— Хочет, хочет! Он сегодня мне три комплимента сделал! И не язвителен. На герцога это не похоже. А еще он смотрел на меня, как на кобылу перед покупкой, только что в рот не заглянул, чтобы зубы проверить. Ма-ма! Я не смогу! Я не хочу умирать. Я не смогу стать мачехой чужим детям, особенно детям этого противного страшного герцога!
Как-то кузина не последовательна.
Тут либо готовиться к смерти, либо к материнству. Ловлю себя на том, что улыбаюсь. Хороший сегодня день, однако. Стерла улыбку с лица и нарисовала на лице соответствующий траурный вид. А то еще заметят, как я веселюсь, под горячую руку попаду.
Сначала под благовидным предлогом из гостиной отпросилась Ансона, а затем и я. Удивительно, но встретились мы с сестрицей в итоге в одном и том же месте — под дверью кабинета барона. Ансона приложила ухо к двери в районе замка и пытается подслушивать, пока меня не замечает.
Я присела рядом с девушкой и тихо поинтересовалась:
— Ну как, что-нибудь слышно?
Кузина подпрыгнула от неожиданности, чуть было не ударившись о дверную ручку головой. К счастью, Ансона не стала громко паниковать, а когда осознала, что это я к ней присоединилась, села обратно и тихо деловито поинтересовалась:
— Ничего почти не слышно. Не могу понять, о чем говорят.
